– Итак, ты согласна посидеть с Марией?
– Да, тут никаких проблем не будет. Сделаю. Но вы уверены, что для моего сына это как раз то, что надо?
– Да, думаю, так оно и есть.
София открыла шкаф и стала искать какой-нибудь шерстяной свитер потеплее. В это время года в башне всегда очень холодно. Она все пыталась убедить себя в том, что нисколько не боится участвовать в этом деле, но все-таки сунула в маленькую наплечную сумочку свой пистолет. Потом спустилась к черному ходу, и на кухне к ней присоединился Альдо.
– Ну как, молодой человек, вы готовы?
Альдо посмотрел на нее серьезным взглядом.
– Надеюсь, – ответил он.
Джеймс уже поджидал их за дверью, ведущей во двор. Все это время он провел один в пустующем фермерском домике; его отвели туда, снабдив несколькими банками сардин, сморщенным яблоком и буханкой довольно свежего хлеба, испеченного Карлой. Жестом поманив его в коридор, София включила тусклую лампочку и спросила, как ему жилось в новом жилище.
– Там чертовски холодно, – ответил он, потирая ладони.
Она приложила к губам палец.
– Если хотите, я всегда могу вернуть вас в потайной ход, – предложила она, вскинув брови.
София прекрасно знала, что в тайном туннеле у них в особняке вообще нет никаких удобств: голые стены, даже присесть негде, и очень холодно – холоднее, чем в домике.
– Благодарю, но я, пожалуй, останусь там, графиня.
– Зовите меня просто София.
Он казался добрым и порядочным человеком, и она была уверена, что поступает правильно, согласившись ему помогать. Но осторожность никогда не помешает. Когда люди вдруг оказываются совершенно не такими, какими прежде себя преподносили, начинаешь не очень-то доверять своему чутью. Двое таких уже просили убежища в Кастелло, но она отказала им лишь потому, что не могла понять, действительно они беженцы или шпионы. И когда потом они были разоблачены как шпионы и партизаны расстреляли их, она поняла, что, проявив осторожность, оказалась права.
– Что это с вами? – спросил Джеймс, и она удивилась, что он так легко обнаружил ее колебания.
– А вы как считаете? – спросила она несколько резко.
Но тут к ним подошла Максин, закутавшаяся в мужское пальто слишком большого для нее размера. Волосы она собрала сзади в узел.
Через несколько секунд раздался стук в дверь, и София, несмотря на то что этот звук являлся ожидаемым, вздрогнула.
Джеймс осторожно тронул ее за руку.
– Не волнуйтесь, – сказал он.
Взяв себя в руки, она приоткрыла дверь и в щелку увидела двух мужчин, тоже закутанных в зимние пальто, с надвинутыми на лоб шерстяными шапками на головах.
– Марко, – шепотом представился один, и она признала в нем человека, которого уже видела в прошлую ночь.
– Лодо, – пробормотал другой, поменьше ростом.
– Лодовико?
– Нет, просто Лодо.
Все четверо, София, Джеймс, Альдо и Максин, вышли к ним во двор. София повела их к винному погребу, мимо дома Марии, где, несмотря на столь поздний час, все еще тускло светилось окно. София подняла голову. Ночь выдалась облачной и безлунной, и это было им на руку. Она надеялась, что Карла все еще у Марии и они вдвоем молятся святому Себастьяну. Кто-то ведь должен это делать.
Пока мужчины возились с рацией, извлекая ее из бочки, София потихоньку проскользнула к башне и отперла тяжелую деревянную дверь. Внутри все дышало холодом, как в морозильной камере. В темноте она подошла к противоположной стене, провела ладонью по ее шершавой поверхности и нащупала выключатель. Зажглась тусклая лампочка; София с гулко стучащим сердцем двинулась дальше и открыла дверь, ведущую наверх. В нос ударило таким затхлым запахом, будто где-то рядом валялась дохлая крыса или другое животное.
Ставни на окнах были оставлены открытыми, поэтому она осторожно, дюйм за дюймом, стараясь делать это без шума, закрыла их и накинула, закрепив сверху, светонепроницаемую ткань.
Дверь в саму башню София оставила приоткрытой и теперь услышала поднимающиеся по ступенькам шаги; совсем скоро перед ней предстал Джеймс. За его спиной в дверях стоял Альдо и еще один партизан, тот, которого звали Марко, они вдвоем несли рацию. Партизан поменьше ростом и Максин находились позади. Джеймс огляделся и увидел узкое отверстие за ее спиной.
– Это старая каменная лестница, ведет на крышу, – пояснила София.
Он принялся за наладку рации, а София попросила обоих партизан спуститься обратно и убрать все, что загораживает проход в потайной туннель. Он прятался за фальшивой стенкой и от первого этажа башни вел через другие здания, главным образом складские помещения, к их дому и к ее спальне.
– Прошу вас сделать все как можно быстрее и тише. Как только мы установим рацию и произведем первый выход в эфир, надо будет сразу спустить рацию вниз и спрятать в этом проходе.
Джеймс открыл водонепроницаемый металлический контейнер и сообщил, что рацию прислали не портативную.
– А почему? – спросил Альдо. – Ведь портативная удобнее.
– Эта с амортизаторами. При заброске на парашюте портативная разбилась бы. Это рация типа Би-2. Работает по азбуке Морзе.
