– Проведено действительно много исследований. Но именно женской части – митохондриальной ДНК. Однако такой анализ не дает ответы на вопросы миграции тех или иных этнических групп, отчасти и потому, что женщины обычно приходили жить в селение к мужу, а некоторых привозили силой. За последние годы появилось много научных статей по поводу исследований останков из этрусских некрополей и определения в них митохондриальной ДНК. Но только такими исследованиями задачу о происхождении этрусков не решить. Да ученые и сами это понимают.
Настоящий ответ может дать только системная работа с Y-хромосомой останков. И вот когда будет исследовано большое число Y-хромосом, можно будет сделать выводы.
Если у большинства останков (именно большинства!) получится гаплогруппа E1b – это один вариант решения загадки про этрусков, если получится J2 – другой вариант, получится R1a – третий вариант, получится I2a – четвертый вариант. И каждый из этих вариантов приведет к совершенно разному сценарию решения загадки. Каждый будет невероятно интересным. Об этом не раз говорил безусловный авторитет в молекулярной биологии Анатолий Клесов.
– Потрясающе интересно.
– И еще подброшу тебе идею для размышления. Есть такой нидерландский лингвист, занимается сравнительной индоевропейской лингвистикой Роберт Беекес – достаточно серьезный авторитет в изучении этрусского языка. Вообще, официальная лингвистика еще не сказала свое веское слово о происхождении этрусков, хотя многие этрускологи, например, известные итальянские ученые Альфредо Тромбетти и Джакомо Девото главные свои доказательства черпают также из области лингвистики. Беекес также является сторонником того, что прародина этрусков – северо-запад Малой Азии. Однако он не считает этрусков лидийцами (как и многие этрускологи, кстати), он считает, что они соседи лидийцев – местный доиндоевропейский народ. Это точка зрения многих лингвистов.
Но я все-таки сошлюсь на ДНК-генеалогию. Даже те небольшие исследования, которые проводились генетиками по выделению Y-хромосомы, показали, что весьма редкая Y-хромосомная гаплогруппа G2a3a, частота которой в Европе до крайности мала, имеет высокую концентрацию только в двух местах: с одной стороны, в Малой Азии, особенно в прибрежной части, а с другой – в Тоскане, Лацио, на Сардинии и восточном побережье Испании, то есть в местах исторических миграций этрусков.
– И это значит…
Антон перебил Вито:
– А значит это, мой друг, следующее: во-первых, еще не пришло время или, лучше сказать, запрос на глобальный и системный анализ происхождения этрусков, потому что
– И во-вторых?
– А во-вторых, – Антон загадочно улыбнулся, – вполне возможно, Вито, что твоя сестра Клаудиа права, когда говорит, что ваш род идет от древних царей Этрурии. И ты, Витторио Чезари Бенсо ди Ревель, можешь считать себя потомком Тарквиния Гордого.
– Древнего. Тарквиния Древнего, Антонио.
– Тем более.
И они оба захохотали. После, отсмеявшись, Вито задал еще вопрос:
– Антонио, ты хочешь сказать, что я могу по анализу моей ДНК определить, насколько древний мой род?
– Можешь. Но не по митохондриальной ДНК, а по Y-хромосоме. Клаудиа не может, потому что у нее такой хромосомы нет, как ты понимаешь, а вот ты, твой отец, Марко – вы можете определить. Но в этом случае желательно иметь анализ останков самого Тарквиния Древнего или его близких потомков по мужской линии.
– И всего-то?
– Да. Только-то и всего.
Так говорили они – шутливо о серьезных вещах, – пока не доехали до Читта дель Туфо.
Антон решил, что момент наступил и, прежде чем они вышли из машины, остановил друга:
– Вито…
– Да.
– Хотел тебе посоветовать, друг мой. Ты бы пригласил Симону на свидание, что ли.
– На свидание?
– Ну да. Пригласи на концерт, спектакль или на ужин. Вот завтра у тебя свободный день. Понедельник будет непростым, а завтра… Ты мог бы погулять с девушкой. Побыть наедине, поговорить.
– А если она не согласится?
Он посмотрел на Антона таким бесхитростным взглядом, что Антон рассмеялся.
– Тебе сколько лет, Вито?
– Сорок пять, ты знаешь.
– Но ты рассуждаешь, как мальчишка.
– Мне сорок пять, а ей-то лет тридцать, не больше. Я ж старик для нее.
– Вито, ты молодой, красивый, самодостаточный мужчина. К тому же ты ей нравишься.
На лице Витторио заиграла такая трогательная, наивная улыбка, что Антон даже немного растерялся. Да ведь он влюблен!
– Я готов поспорить на что угодно, что Симона примет твое предложение с радостью. Она ждет не дождется, когда же ты сделаешь первый шаг.
– Поспорить готов, говоришь?
– На что угодно.
– Ладно, – произнес он довольно, – прислушаюсь к твоему совету, Антонио.
Потом немного подумал и виновато спросил:
– А как же ты? Что ты завтра будешь делать?
– Обо мне не беспокойся. У меня на завтра масса планов. Монтероции, например. К тому же мне надо в одиночестве подумать над твоим делом.
– Спасибо, Антонио. Ты настоящий друг.
– Кстати, можешь и сегодня поухаживать.
