Они шли по широкой улице, все так же держась за руки, бог ни в какую не хотел отпускать ладонь мага, сколько бы тот не пытался ненавязчиво выкрутиться. В конце концов, Гарри смирился. Ему пришлось развеять полог, чтобы спросить дорогу у прохожего, и теперь он жутко смущался провожающих их пару взглядов. Наконец, они подошли к стеклянным дверям нужного здания, и зашли внутрь просторного помещения. Чтобы открыть двери, Тору пришлось-таки выпустить ладонь мага.
- Тор! Это ты? С тобой все хорошо?
Гарри мрачно взирал, как две черноволосые девицы – одна в металлическом корсете, а вторая в светлой клетчатой рубашке – с радостными криками повисли на шее ЕГО бога.
========== Часть 30 ==========
Тор отстранился, наконец, от девушек, и склонился, как подобает:
- Леди Сиф, Джейн Фостер.
А его уже обнимал Вольштагг с радостным смехом, Огун и Фандрал дружески хлопали по плечам.
- Друзья мои, как я счастлив вас видеть! – просиял улыбкой бог, - вы пришли навестить меня. Как вам удалось получить разрешение?
- Ну, вообще-то, никакого разрешения у нас нет, но причина нашего прихода сюда очень серьезна, Тор, послушай… – начал Фандрал, но Тор перебил его громогласным смехом.
- Гарри, я же говорил, они здесь незаконно, - бог обернулся к своему чародею и наткнулся на пристальный испытующий взгляд. Тор мысленно обругал себя за невоспитанность и поспешил исправиться, взял колдуна за плечи и мягко выдвинул вперед себя:
- Друзья мои, знакомьтесь – это Гарри, сын Поттеров, великий чародей Мидгарда, самый мудрый и достойный человек, которого я знаю, - с гордостью представил всем присутствующим дорогого сердцу мага. Гарри почему-то особо радостным не выглядел, Сиф смерила его недоверчивым взглядом, троица воинов недоумевающее переглядывалась, Эрик Селвиг пробормотал что-то про сумасшедших, и только Дарси Льюис восприняла его слова серьезно. Она медленно подошла к юному чародею, внимательно разглядывая с ног до головы, обошла его кругом, а потом и вовсе откинула ему челку со лба.
- О. Мой. Бог. Гарри Поттер! Самый Настоящий! – девушка подпрыгивала на месте от возбуждения, - Мальчик-Который-Выжил!
Тор, непонимающе наблюдающий за этой сценой, заметил, что Гарри поморщился.
- Волшебница? – обреченно уточнил чародей.
- Нет, только мой младший брат, он все уши о тебе прожужжал, - продолжала восхищенно тараторить девушка, - у него над кроватью висит постер с твоим изображением, и я читала о тебе в его книгах: «Взлеты и падения темных искусств», «Новейшая история магии мира», «Четвертая Европейская война. Победители и побежденные.» «Самые величайшие маги столетия» и «Тайны артефакторики» твоего авторства. Ты просто обязан дать мне автограф, это будет лучший подарок Кевину на день рождения, - девушка все же замолчала, чтобы перевести дух. Богу такое внимание к его Гарри было не по вкусу, но он благоразумно молчал. Маг мученически застонал, спрятав лицо в ладони:
- Мисс, вы сейчас, походя, нарушили Статут Секретности, вам грозит штраф в размере двухсот галеонов, ваших знакомых ожидает стирание памяти, а вы просите автограф?
Дарси умоляюще сложила ладони вместе и несчастными глазами смотрела на колдуна:
- Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, дай автограф. Кевин мне не простит, когда узнает, что я познакомилась с самым знаменитым волшебником столетия и не попросила расписаться!
Тор нахмурился, запоминая новые факты о Гарри, и только решил вмешаться, как Эрик Селвиг резко осадил девушку:
- Какие еще волшебники, какие темные искусства, что ты несешь?
Но та лишь упрямо вздернула подбородок:
- Магия существует, мой брат – волшебник. Этот парень – тоже, - она ткнула пальцем в сторону Гарри, - он вообще в восьмидесятом году родился.
- Дарси, вслушайся в свои слова, волшебники – это даже звучит глупо! – вмешалась молчащая до этого Джейн.
- А скандинавские боги – это, по-твоему, образец нормальности! – едко парировала Дарси. Ученые принялись наперебой спорить, друзья Тора не вмешивались, Гарри прижал пальцы к виску и с силой зажмурил глаза. Тор тут же подошел к нему вплотную и обеспокоенно заглянул в лицо:
- Что с тобой? Тебе больно?
Маг криво усмехнулся и ответил:
- Голова немного болит. Не люблю крики.
