Когда большая эмалированная миска заполнилась оладьями доверху, Наташа прикрыла ее крышкой и замотала в старый пуховый платок, чтобы сохранить тепло. Быстро собрала в сумку купленные накануне фрукты и карамельки для детей, положила туда же чистые маечки, трусики и носочки, натянула джинсы и трикотажную блузку и отправилась на вокзал.
В электричке было душно, толпы дачников стискивали Наташу со всех сторон, но она не обращала внимания на неудобства, думая только о том, как бы сохранить фрукты нераздавленными. Выйдя на нужной платформе, она почти бегом направилась к детсадовской даче, ей так хотелось поскорее увидеть своих мальчиков!
- Мама! - завизжал четырехлетний Сашенька, увидев ее через забор, и сердце Наташи сжалось: малыш стоял и ждал ее, видно, тоже соскучился. Смотрел, как подходили или подъезжали на собственных автомобилях другие родители, и не знал, дождется маму или нет.
Наташа схватила его в охапку, подбросила в воздух, закружила.
- А где Алеша? Пойдем найдем его, - сказала она, отдышавшись.
- Алешка тебя у длугой дылки калаулит, - он все еще не выговаривал букву "р", несмотря на то, что Наташа упорно старалась исправить этот дефект.
- У какой другой дырки? Разве есть еще одни ворота? - удивилась Наташа. - Я не знала.
- Не, там не волота, там дылка, туда лодители лазят, когда воспитательница не лазлешает плиходить, - деловито пояснил малыш. - Я Алешку туда поставил тебя калаулить, а то вдлуг ты челез ту дылку плидешь.
Трехлетний Алеша бдительно охранял свой пост, развлекаясь тем, что при помощи найденного на земле прутика гонял муравьев. Наташа расстелила на земле привезенное с собой старенькое одеяло, усадила мальчишек и принялась кормить их персиками и черешней. Они были такими разными и в то же время абсолютно непохожими ни на Наташу, ни на Вадима. Сашка - светловолосый, тонкий в кости, энергичный и заводной, пошел в бабушку - мать Вадима, а Алешенька, наоборот, с темно-каштановыми вьющимися волосиками, крепенький, неторопливый, обстоятельный и уже в три года какой-то солидный, был, совершенно очевидно, настоящим внуком Александра Ивановича, Наташиного отца. Через три дня август кончится, детей привезут в Москву, и настанет момент, когда придется сообщить мальчуганам о том, что их дедушка умер. "Наверное, лучше это сделать сейчас", - почему-то пришло в голову Наташе. Здесь им весело, привольно, печальная новость если и будет до конца понята, то быстро утратит свою тягостность.
- Саша, Алеша, - начала она нерешительно, - мне нужно с вами серьезно поговорить.
- О чем? - дружно спросили мальчики.
- Когда вы вернетесь домой, то увидите, что у нас теперь все по-другому.
Две пары испуганных глаз уставились на нее. Рты раскрыты, вокруг губ, на подбородках и даже на щеках - темно-красные следы от черешни. Господи, они такие маленькие, хрупкие, нежные! Ну почему она должна рассказывать им о смерти?
- Мы теперь будем жить с вами одни, бабушки и дедушки с нами не будет.
- Они что, пелеехали? - тут же нашелся Сашка.
- Да, бабушка Галя поехала жить к тете Люсе в другой город.
- А почему?
- Ну как почему? У тети Люси тоже есть ребенок, дочка, ваша двоюродная сестричка Катенька. Бабушка раньше жила с вами, а теперь хочет пожить с ней, ведь Катенька ее внучка, и бабушка ее любит точно так же, как любит вас. Она поживет какое-то время с Катенькой, потом вернется.
Саша задумчиво кивнул, словно давая понять, что он все понял. Глядя на него, кивнул и Алеша.
- А деда Саша тоже уехал?
- Нет, Сашенька, деда Саша не уехал. Он очень долго и тяжело болел и потом умер.
- Умел? Он что, не велнется?
- Нет, сыночек, не вернется. Баба Галя когда-нибудь вернется, а деда Саша - нет. Нам придется теперь жить без него.
Глаза Алеши наполнились слезами, губы задрожали, он не отрываясь смотрел на старшего братика, будто ожидая от него команды "плакать". Но команды не последовало.
- А папа когда плиедет? - Сашка обладал потрясающей способностью переключаться, отстраняясь он всего неприятного.
- Еще не скоро. Сейчас папа готовит корабль к плаванию, это занимает примерно три месяца. Потом он уйдет в плавание, это еще три месяца. И только потом у него будет отпуск и он приедет к нам в Москву.
- А когда?
- Давай считать. Сейчас конец августа, значит, папа приедет в феврале или в марте.
- А это сколо?
- Конечно, сыночек. Оглянуться не успеешь. Вот вы вернетесь домой, потом будут Ноябрьские праздники, потом Новый год, потом мой день рождения, а потом и папа приедет.
- Челез тли плаздника? - уточнил Саша, который букв еще не знал, но до десяти уже считал.
- Совершенно верно, через три праздника.
Слезы на глазах у младшего подсохли, он всегда и во всем ориентировался на старшего брата. Раз Саша не стал реветь и заговорил про папу, значит, плакать не нужно.
- А папа привезет мне кита? - подал голос Алеша, который, в отличие от Саши, четко выговаривал все буквы.
- Вряд ли, солнышко. В Северном море китов нет.
- А кто есть? Акулы есть?
- Боюсь, что акул тоже нет. Но я поговорю с папой, - с улыбкой пообещала Наташа.
