Я нарисовал проект и тоже положил его в пластиковую папку. Хотя оказывается, даже с очень хорошим набором фломастеров все равно невозможно передать образ, что сложился у меня в голове. Конечно, в «Люблю ваш сад» у Алана есть трехмерная компьютерная графика, но папа сказал, что нужное программное обеспечение сожрет весь мой бюджет, так что придется ограничиться фломастерами.
Хотя я не против. Я до сих пор не могу поверить, что все происходит на самом деле. Единственное, что меня немного беспокоит: в программе, когда показывают людям готовый сад, закатывают вечеринку, а я, кроме папы и Каз, хотел бы пригласить еще двух людей, но один из них не может прийти.
Хотя я почти уверен, что Лотти придет. И Рэйчел приведет ее, так что это еще плюс один гость. И мне придется очень постараться, чтобы не думать о том, кого там не будет. Это единственное, что меня немного огорчает. Хотя в основном я взволнован. В последний раз я так волновался, когда пошел с мамой в лес, и, честно говоря, тогда я был больше напуган, чем взволнован. Это другое.
Мне ничего не грозит, потому что я дома с Каз, и папа будет знать, где мы. Единственные места, куда мы пойдем, — это садовый центр и один из любимых садов Алана Титчмарша.
Я просматривал книгу Алана, и там нет упоминания о садах в Западном Йоркшире, что кажется немного странным, потому что сам автор родился в Западном Йоркшире, но, наверное, здесь слишком много холмов и слишком много дождей. Однако Алан перечисляет три любимых сада в Северном Йоркшире, так что, возможно, мы отправимся в один из них. Хотя мне придется спросить Каз, потому что у нее нет машины и она везде ездит на автобусе, а я не уверен, можно ли добраться до Северного Йоркшира на автобусе.
Слышу стук в дверь и бегу вниз. Я добираюсь туда, когда папа открывает дверь. На пороге стоит Каз в старых джинсах и толстовке. У нее привычные косы, и я понимаю, что такая прическа очень удобна для садоводства. Еще Каз держит большую сумку-переноску с торчащими из нее растениями.
— Твой друг Барри из садового центра отдает их бесплатно, на продажу они не очень, а вот для развлечения подойдут, нужно только немного ЛиЗ.
— Спасибо, Каз, — улыбаюсь я. Алан однажды сказал на передаче, что некоторым растениям нужно немного ЛиЗ, и я спросил маму, можно ли купить это онлайн, поэтому знаю, это значит «любовь и забота».
— Вы настоящее сокровище, Каз, — говорит папа. — Финн только и делал, что продумывал свой сад. Думаю, вас ждет напряженный день. В холодильнике полно еды, я оставил немного хлеба на бутерброды, так что, пожалуйста, угощайтесь.
— Спасибо. Непременно, — отзывается Каз.
— Хорошо. — Папа ерошит мне волосы. — Тогда я пойду. Веселитесь.
Я сегодня даже не против, чтобы он ерошил мне волосы. Слишком не терпится начать.
Входит Каз и ставит сумку с растениями в коридоре.
— Хочешь сперва увидеть мои планы? — спрашиваю я.
— Ух ты, не теряешь времени зря? — изумляется она.
— Алан никогда не приступает к работе без должного планирования, — заявляю я. — Хотя, боюсь, мои чертежи не очень, я паршиво рисую.
— Я уверена, что нет, — говорит она. — Пойдем посмотрим.
Мы идем наверх, и я передаю ей планы. Каз явно пытается придумать, что же такое приятное мне сказать.
— Я действительно паршиво рисую, не так ли?
Каз усмехается.
— Такого таланта тебе не отсыпали? Не волнуйся, я сама много чего не умею, но, как ни странно, рисовать люблю. Хочешь, попробую?
— Да, пожалуйста, — говорю я, торопясь достать со стола еще бумагу и свои лучшие фломастеры.
— У тебя есть карандаш? — спрашивает она. — Я рисую только карандашом.
— Не любишь фломастеры? — удивляюсь я, протягивая ей карандаш.
— У нас дома их не было, — объясняет она. — Мне нравится рисовать карандашом, потому что с ним мне привычнее.
— Почему у вас не было фломастеров?
— У нас много чего не было. Автомобиля, домашнего телефона. Сидели без денег, а те крохи, что получали, уходили на выпивку.
— Наверное, вы брали очень дорогую выпивку. Ты любила газировку? Мне ее не разрешают, она портит зубы и много стоит.
Каз улыбается мне, но как-то грустно.
— Давай я перерисую планы. Говори, что нафантазировал, и я попытаюсь это изобразить.
Я встаю у окна спальни, чтобы видеть сад, и начинаю рассказывать Каз о своем проекте. Болтаю целую вечность и не оглядываюсь, пока у меня не кончаются слова. Когда же возвращаюсь к столу и смотрю на рисунок, то не могу поверить глазам.
— Ого, потрясающе! Все именно так, как должно быть. Почти так же хорошо, как у Алана, только они все рассчитывают на компьютере. Как ты это сделала?
— Просто могу. Я не знаю как, — пожимает плечами Каз.
— Ты ходила в художественную школу?
— Нет, милый, — смеется Каз. — Но у меня была пятерка по рисованию. Единственное, чему я выучилась в школе.
— Почему ты не стала художницей?
Каз снова смеется. Похоже, я часто ее смешу.
— Потому что картинами квартиру не оплатишь, а как без этого.
— Почему твоя мама не могла платить за квартиру?
Каз колеблется, прежде чем ответить.
