Это случилось, когда они достигли седьмого неба и до райских кущей было уже рукой подать. Ангел–проводник вдруг сделал джамп на адрес, расположенный за пределами доступной ему виртуальной памяти, что немедленно вызвало исключение с номером 666. Ядро системы почему–то отреагировало на это исключение нестандартно — вместо запуска обработчика система вывалилась в ребут.
Наступил мрак, не нарушаемый ни одним проблеском света, ни малейшим звуком, ни самым незаметным движением времени.
- Эй! — позвал Джейкоб и сам испугался собственного голоса, отразившегося от первозданного мрака словно мячик для пинг–понга. Он даже чуть не подавился им, собственным голосом.
- Джейкоб! — донесся до него слабый, тающий в незримой бездне зов Кэтрин. — Где мы, Джейкоб? Мне страшно.
- Не знаю, милая. Я ничего не вижу. Попробую найти тебя по голосу. Только ты говори что–нибудь, не молчи.
Кэтрин запела. Дрожащим от страха голосом она напевала куплеты их любимой «Май диа Мэй».
Но сколько Джейкоб ни метался во тьме, вытянув руки, то приседая, чтобы нащупать почву под ногами, то осторожно семеня, он не мог найти девушку. Казалось, песня доносилась до него то слева, то справа, то откуда–то сверху, то из–за спины. Окончательно растерявшись и потеряв всякую надежду, он смирился — опустился на корточки и произнес:
- Бесполезно, Кэт, я не могу найти тебя.
- Что теперь будет? — ее голос прозвучал где–то совсем рядом; казалось, вытяни руку и ты коснешься ее.
- Не знаю. Что–то случилось с Ангелом. И где, интересно, еще четыре гигабайта душ?
Счетчик времени отсчитал положенные шестьдесят секунд до старта системы. Динамик пискнул, диски сервера загудели. По черному экрану монитора побежали зеленые строки тестовых сообщений. Но этот слабый писк и гул не разбудили задремавшего оператора.
Загрузка прошла успешно. Но вместо Paradise 7.2.5 запустился почему–то Total Assembler 22.5.b.
Четыре гигабайта человеко–душ, участники экскурсионного рейса в рай, замерли во мраке без жизни и времени. А на мониторе одна за другой бежали команды ассемблера. То ли вирус, то ли банальный сбой запустили его и перевели в режим самопрограммирования. С бешеной скоростью мелькал в нижнем правом углу счетчик строк кода. Мегабайт… Два… Три…
Вот счетчик остановился… Выскочило сообщение:
«File saved as devil.asm. Compilling the file.»
5%… 10%… 50%…70%… 100%…
«File devil.exe compilled succesfully. Starting the programm…»
Вдруг вспыхнул яркий, невообразимо яркий, свет. Четыре гигабайта душ одновременно закрыли ослепленные этим светом глаза. А когда открыли их, то увидели не седьмое небо, а огненные сполохи за краем темной бездны и огненно–черного Ангела, сходящего к ним.
- Наконец–то, — воскликнул кто–то из пассажиров, не разобравшись в случившейся перемене или радуясь тому, что хоть что–то наконец–то случилось.
- Джейкоб, — прошептала Кэтрин. — Наш ангел… Он тебе никого не напоминает?
- Да… — холодея ответил молодой человек. — Так изображали падшего ангела на старых картинах, еще до Армагеддона…
А падший ангел, зависнув над четырьмя гигабайтами душ, воздел руки и громогласно воскликнул: — Дети мои! Добро пожаловать в ад!
