Максимов отпустил его руку. Парень гордо встряхнул пуделиными кудряшками и моментально исчез.
В рюмке еще оставался коньяк, и Максимов им перебил неприятный осадок, оставшийся после краткого общения с латиноамериканцем.
— Что ты ему сказал, Макс? — поинтересовалась Эрика, повернувшись вполоборота.
— Понимаешь, раньше все боялись наших танковых дивизий, а теперь дрожат коленками, стоит упомянуть «братков». Как видишь, СССР нет, а угроза существует.
Для Эрики слово «братки» прозвучало как «братья». Максимов намеренно не употребил английский эквивалент, и Эрика все массой европейского снобизма провалилась в западню.
— «Братья»? Впервые слышу. Что это такое?
— Предупреждаю, это секретная информация, не для печати. — Максимов выдержал паузу и с непроницаемым лицом продолжил: «Братья» — это спецкоманды «первого удара». Сформированы по личному приказу Андропова из числа бывших уголовников. Они внедрены к вам под видом криминальных банд. Сейчас занимаются рэкетом, чтобы самим себя обеспечивать. А начнется большая война, они себя покажут! Терять им же нечего. Дома их ждут ГУЛАГ или расстрел.
— Не может быть! — выдохнула Эрика.
— Почему? Ты про русские штрафные батальоны слышала?
Эрика, не задумываясь, кивнула.
«А как не знать! — подумал Максимов. — Про то, что мы выиграли войну только благодаря штрафбатам, в перестройку горланили все демократические борзописцы. А западная пресса охотно это дерьмо перепечатывала».
— Вот «братья» и есть те же штрафные батальоны. Только состоят из диверсантов, круче ваших коммандос раз в сто. — Он с удовольствием захлопнул ловушку.
В лучших традициях идеологической войны ложь, смешанная с правдой, породила сенсацию.
Больше всего его порадовало не немое удивление Эрики, а коварное молчание Карины. Притаившись за его плечом, она все слышала, но не вмешивалась.
— Это правда? — Эрика не спускала с его лица пытливого взгляда.
— Абсолютная, — уверенно заявил Максимов. Эрика на секунду задумалась, потом просветлела лицом.
— Все. — Она пристукнула ладошкой по стойке. — Я покупаю эксклюзив на эту информацию. И не вздумай отказать!
— Макс, не продешеви, — подкинула из-за плеча Карина.
— Да, сколько заплатите? — включился в игру Максимов.
Свет в зале из лунного стал багрово-красным. Из динамиков под потолком ударили первые аккорды танго.
— О! — Эрика вскинула палец. — Плачу танцем.
Максимов почувствовал себя вкладчиком «МММ» в день ареста Мавроди.
«Черт, а как все хорошо начиналось! — мелькнула грустная мысль. — Но хитрая лисичка сиганула через капкан, и он клацнул на ноге охотника. Хоть вой, а пляши».
Он встал, подал руку Эрике, помогая спуститься с высокого табурета.
Они оказались в числе первых пар, вышедших на площадку. Эрика двигалась легко, повинуясь каждому импульсу руки Максимова. Он сразу же оценил грациозность и гармоничность движений ее тренированного тела. Подумал, что Эрика холит и гордится им, как воин своим оружием.
По молчаливой взаимной договоренности решили не выделывать мудреных па и не устраивать шоу в духе Джеймса Бонда. Тем более, что площадка быстро заполнилась людьми, и протолкнуться между молодыми девчонками в развивающихся коротких юбочках и их долговязыми партнерами не было никакой возможности.
Воспользовавшись обстановкой и тем, что притушили свет, Эрика плотно прижалась к Максимову. От ее разгоряченной кожи исходил такой убийственно возбуждающий аромат, что, войди в забитый под завязку зал герой фильма «Запах женщины», он самонаводящейся торпедой ринулся бы к Эрике.
— Что тебя связывает с этой девочкой? — прошептала она, щекоча его щеку дыханием.
— Трудно догадаться? — Максимов был уверен, что это лишь прелюдия к главному, как танец был лишь поводом поговорить тет-а-тет.
Эрика скорчила гримаску.
— Любовь — это электрический разряд. Он может сжечь или спаять намертво. Но долго держит только взаимная заинтересованность. Ну, например, деньги и молодость, положение в обществе и амбиции, болезнь и сострадание. Желание любить и быть любимым — это тоже форма взаимозависимости.
— Ты — умная женщина, Эрика. — Максимов решил, что лесть — лучший яд. — Настолько умная, что, расслышав «русская мафия» по-испански, разыграла целый спектакль.
— А ты мудрый, потому что умеешь признать поражение, — вернула комплимент Эрика, приправив и его порцией яда.
— Просто контрибуция мне понравилась.
Эрика тихо засмеялась низким грудным смехом.
— Вы — интересная пара. Но у меня сложилось впечатление, что вас с Кариной бросили друг к другу обстоятельства. Ты уже решил, как поступишь, когда их действие кончится?
— Эрика, я так далеко не заглядываю. Меня больше интересует, чем кончится сегодняшний вечер.
— А чего бы тебе хотелось?
— Чего-нибудь необычного.
Мышка высунулась из норки, и глазки у кошки зажглись от возбуждения. Но кошка не отказала себе в удовольствии еще немного поиграть.
— Любишь авантюры?
— Иногда ловлю себя на мысли, что моя жизнь — сплошная авантюра, — в тон ей ответил Максимов.
Кошка, наконец, бросилась.
Ладонь Эрики скользнула с плеча Максимова на затылок. Она наклонила его голову и прошептала:
