Борис Маркович Раевский
Товарищ Богдан
В этой книге собраны рассказы о самых разных людях: о стойких революционерах, о мужественных солдатах, о замечательных спортсменах и о наших советских ребятах. И все-таки они связаны друг с другом. Потому что у каждого человека бывают в жизни такие минуты, когда подвергаются испытанию его воля, решительность, честность.
Как поступит герой рассказа в положении, требующем от него напряжения всех физических и душевных сил? И как бы на его месте поступили вы?
Для среднего и старшего возраста.
СОДЕРЖАНИЕ
ВОСЕМЬ ПРУТЬЕВ
1. Господин Неизвестный
2. Старый друг
3. Студент
4. Невеста
5. Передача
6. Восемь ночей
7. Побег
8. Коля-парикмахер
9. На дачу
10. Через границу
11. Хозяин книжного магазина
12. "Ви есть без паспорт..."
13. Мистер Рихтер
14. Лондонские ночи холодные
САМОЕ СТРАШНОЕ
ВОСЕМЬ ПРУТЬЕВ
1. Господин Неизвестный
Во владимирской тюрьме в первый же день Бабушкина привели к начальнику.
- Значит, господин Неизвестный? - сказал тот, с любопытством оглядывая нового арестанта. - Имя, фамилию - забыл? Откуда родом - забыл? Где живешь забыл?
- Все забыл, - подтвердил Бабушкин. И чуть усмехнулся, одними глазами: - У меня, ваше благородие, с детства память хилая!
Ух, как взорвался после такой же фразы жандарм, арестовавший его в Покрове! Но у начальника владимирской тюрьмы нервы, очевидно, были покрепче.
- Ничего, голубок! Мы тебе память вправим, - бодро пообещал он. - У нас на сей счет - профессора!..
Бабушкина провели в соседнюю комнату. Заставили раздеться.
Тюремщик, невысокий, толстенький, сел за стол и на листе бумаги сверху крупно написал: "Приметы господина Неизвестного". Другой тюремщик, помоложе, с усиками, подошел к Бабушкину и, обмеряя его рулеткой, как портной, стал диктовать:
- Рост два аршина четыре вершка, длина ног - аршин с вершком, длина рук - четырнадцать вершков с половиною, телосложение среднее...
Толстяк за столом быстро записывал.
- Форма головы, - продолжал усатый, - удлиненная. Форма ушных раковин правильная; цвет волос - русый, прическа - косой пробор с левой стороны; глубина глазных впадин - в норме, цвет глаз - серо-голубой...
Он диктовал долго. Как дотошный ветеринар о лошади, описал подробно все "статьи" Ивана Васильевича. Указал, что усы - широкие, без подусников, бороду бреет, очков не носит; нос - прямой, переносица с небольшим выступом...
"Ишь ты! - Бабушкин с удивлением ощупал пальцами свой нос. - И впрямь выступ..."
А тюремщик диктовал дальше. Сообщил, что господин Неизвестный имеет привычку щуриться, заставил Бабушкина пройтись по камере и отметил, что походка у господина Неизвестного "тихая, спокойная" и весь он производит "обманчивое впечатление человека кроткого".
Потом толстяк провел черту и записал: "Особые приметы". Жирно подчеркнул эти слова красным карандашом.
"Значит, чем я отличаюсь от других людей? - подумал Бабушкин. Интересно, чем же?"
Усатый внимательно оглядел Бабушкина и продиктовал:
- Первое: припухлые, красноватые веки...
"Так, - подумал Иван Васильевич. - И тут мне купеческое наследство подпортило".
Да, с детства, с тех пор, как он чуть не ослеп, работая в лавке у купца, - слишком тяжелые ящики и бочки таскал на голове, они "на мозг давили", сказал врач, - с тех пор на всю жизнь сохранились у Бабушкина воспаленные веки. И очень мешали ему. Слишком уж заметно...
Усатый тюремщик заставил Бабушкина открыть рот и продиктовал:
- Второе: сломан нижний левый крайний коренной зуб.
Потом на Бабушкина нацелил свой аппарат маленький суетливый старичок фотограф. Снял его и в профиль и анфас.
"Одну бы карточку матери послать, - подумал Бабушкин. - Все бы толк!"
Как сокрушалась мать, когда они виделись последний раз! Уговаривала хоть сфотографироваться. Чтоб портрет на память остался.
Ивану Васильевичу очень хотелось тогда хоть чем-то порадовать мать. Ведь так редко он видит ее. И так мало хорошего в ее жизни. Все стирает белье на чужих кухнях. Но он отвел глаза.
"Нет, - сказал матери. - И не проси..."
Фотографироваться подпольщику нельзя. Суровы законы конспирации. Фотография может попасть в руки сыщиков, облегчит им поиски...
Бабушкина увели в камеру.
Но перед тем начальник тюрьмы сказал ему:
- Вы у нас в "неизвестных" долго не походите! Сделаем известным! На всю Россию!
Начальник велел напечатать триста листков с "приметами" господина Неизвестного и шестьсот фотографий его: триста - в профиль и триста - анфас. На каждый листок с приметами наклеили по две фотографии и в конвертах со строгой надписью "совершенно конфиденциально" разослали по всей России.
Способ давно проверенный. В каком-либо из городов таинственного арестанта опознают. И по инструкции сразу сообщат во владимирскую тюрьму, кто этот "господин Неизвестный".
"Да, - подумал Бабушкин. - Не удастся мне долго морочить головы тюремщикам".
