В ангаре на аэродроме в Быково, когда мы готовились к новому ночному десантированию и обсуждали цель, мы сначала немного повздорили. Согласно боевому приказу, полученному напрямую от товарища Рубина, от нас требовалось, после десантирования севернее старой части Борисова и общего сбора бойцов отряда, к утру скрытно проникнуть в Старо-Борисов, удостовериться на месте в точности сведений агентурной и «заатмосферной разведки» насчёт месторасположения штаба вражеской группы армии «Центр» и, используя «особые боевые возможности рыцаря-джедая» преодолеть сопротивление охраны и прорваться в штаб с целью ликвидации как можно большего числа вражеских штабных высших офицеров. Пленных, за невозможностью их доставки на нашу сторону, брать не планировалось. Как и неясен был способ отхода после возможного удачного выполнения задачи.
«Ориентируясь по обстановке, прорываться через линию фронта…».
После того, что я уже лично видел ранее, эта задача, пусть и нашей малочисленной группой, не казалось совсем невыполнимой.
Но я понимал, что может сложиться так, что вернётся к нашим — один Белов!
И он, кто и был нашей главной боевой и самостоятельной ударной единицей, категорически возражал против того, как я собирался выполнять приказ!
— …Вы там все умрёте, пытаясь выполнить задачу!
— А хотя бы и так… — возражал я —…ты сделаешь свою работу, мы — свою, отвлечём, хотя бы частично, немцев из охраны штаба от тебя.
— Я не смогу вас защитить, если мы полезем все сразу туда… вы просто поляжете зазря. Мне вчера снились лица тех, с кем мы начинали рейд в Бобруйск. Половина твоего, капитан, отряда, не вернулась обратно!
— Войны без потерь не бывает…
— Да. Но сейчас имеет смысл возложить всё на меня. Я этому и учился — действовать в одиночку, проникать незаметно… А то, что Рубин отдал вам приказ в таком виде, это лишь потому, что он не имеет полной информации о способностях джедаев. Да и я не сразу сообразил, к чему ведёт его приказ…
В общем, суть его возражений была в том, что он предлагал полностью изменить уже разработанный в генштабе план операции.
— Останетесь в ближайшем лесном массиве около места сбора и ждите меня…
— Конечно, ты парень не промах, я знаю, но ты что, собираешься один воевать со всей охраной? Там, наверное, охраны, с батальон или более. Я верю в тебя, но пока ты доберёшься до штаба, там немцев уже не с батальон, а с полк будет!
— А тебя не смущает, что полтора десятка здесь мало помогут? И да, я собираюсь именно один. Потому что одному будет легче пройти незамеченным…
В общем, спорили мы долго… а затем я заметил, что Белов словно выпал куда-то…
— Засыпает что-ли? Чем он по ночам занимался? Неделя же у него отдыха была? Гульнул, что-ли в ресторане в «Национале»? — ещё недоуменно подумал я, увидев, что его глаза словно стекленеют и попробовал…
— …если я особо тщательно прислушиваюсь к Силе, это не значит, что я совсем отключаюсь от привычного мира вокруг… — заметил он, перехватив и отпихнув мою руку, когда я уже хотел было подвигать ею вверх-вниз перед его лицом.
— А что значит «прислушиваться к Силе»? — осторожно спросил я. Услышь я подобное выражение до знакомства с ним, вообще не понял бы, о чём он или счёл, что у человека «с головой что-то не то».
Но не сейчас. Как «Сила» эта действует, я успел насмотреться. Теперь вот что-то новенькое… подожду, может чего ещё скажет.
Сказал.
— …Они уже здесь.
Ничего не понятно.
— Кто они? Где «здесь»?
Белов довольно, как кот, слопавший крынку сметаны, улыбнулся и снова выдал малопонятное:
— Ученица. Наставница. Я чувствую в Силе их присутствие очень близко… по космическим меркам. Это значит только одно — они сделали удачный гиперпрыжок сюда, в Солнечную…
— Всё равно ничего не понял…
— На Земле скоро будут новые гости с просторов Галактики. А это значит, что есть шанс оказать более существенную помощь СССР. Ну да это моя забота… скоро сам всё поймешь. Как говорится на родном нам с тобой языке — лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. И, кстати, моя бывшая наставница на «отлично», а моя ученица — немного, знают русский язык…
…На «надо что-то делать» у меня осталось всего несколько часов. После чего пора будет снова подниматься на борт оправляющегося в ночной полёт медлительного земного гиганта ТБ-3, который должен доставить севернее Старо-Борисова, к месту десантирования, нашу группу.
Мыльников явно думал, что «Белов что-то с этой его Силой делает».
Хе. Ну, делает… то, что сказал, то и делал.
Но главное, разумеется, было не здесь, не в приснопамятном ангаре. За прошедшую неделю, пару раз — ночью, в роскошном, по местным советским меркам, номере «Националя», я реально глубоко в Силу уходил.
Чтобы понять, какой сделать выбор.
Во-1.
