— Э-э-э, командир, да? А я и не знал, что женщин ещё и так можно, Вах! — Шалва бегло пролистывал спасённую литературу. — Приеду в Тифлис, пойду к своей Сулико, обязательно попробуем!
— Зачем ждать, о могучий воин? — нарушила сосредоточенное молчание Хелен Блаувотер. — Я хоть сейчас готова подробно всё объяснить и показать на практике.
В ответ раздался поистине львиный рык и громкий лязг ударов по броне, который издавал кинжал удерживаемого всем экипажем Церетели.
— Я её зарежу, да! — всхлипывал в истерике радист. — У меня Сулико, а она… А эта лет на двести меня старше, да… Дайте зарежу!
— Возьми себя в руки, Шалва, — строго произнёс Адам. — Ты же коммунист.
— Давно? — недоверчиво переспросил Церетели.
— Только что, — подтвердил командир. — Так что изволь соответствовать.
— Хорошо. Тогда дайте застрелю.
Хелен Блаувотер (Helen Blawoter) (Елена Блаувотер), 1890–1952 г.г.
Родилась в Царицыне (Сталинград) в семье чиновника департамента юстиции. Отец — надворный советник Кранк Теодор Адольфович, мать — Кранк Вера Андреевна (урождённая Недудыхатко). С детства, в силу недоношенности, одарена странными психическими способностями. Отмечались отчётливые отклонения в развитии — частые галлюцинации, лунатизм, разговоры с невидимыми духами. В более зрелой юности — приступы нимфомании и вакхической необузданности. Раннее детство Елены прошло в Саратове, в семье дяди, владельца магазина "Золотые огни"
В шестнадцать лет выдаёт себя замуж за сына английского посланника в России сэра Джона Реджинальда Блаувотера (John R. Blawoter, 1885–1922 г.г.), после чего с мужем отправляется в Индию. Во время восстания раджпутов (1920–1922 г.г.) сэр Джон был затоптан гопорскими буйволами, а сама Елена укушена ядовитой змеёй в мягкую часть тела, благодаря чему обретает просветление и бъявляет себя земным вопрощением Будды. Тогда же встречается с так называемым учителем Камасутры Шри Свами Бронхопоттамди (1833–1942 г.г.), и становится его последовательницей до конца жизни.
1923–1936 г.г. — проживает в Европе, работает над книгами. Изданы: "Путь махатм по Изювань Гуан-Инь" ("Лембиздат" 1928 г), "протоколы Гималайских мудрецов" ("Лембиздат" 1933 г.), "Сокрытое откровение цветка лотоса в позе фикуса Сва Пракшаланы в свете видения Инь и Янь" ("Лембиздат" 1934 г.)
С 1934 по 1936 год. — проживает в Сан-Джироламо, пригороде Барии, в Италии, где содержит Дом Просвещения на Пути Камасутры "Budda Huan-In Europe" Однако в конце 1936 года, после серьёзных трений на религиозной почве с местными жителями вынуждена покинуть город с войсками Баварского королевства. В составе Второго Краснознамённого, имени Георгия Победоносца полка принимала участие в пленении так называемого "дуче итальянского народа" Бенито Муссолини. По некоторым неподтверждённым данным именно её подвижничество на пути просветления привело к кончине диктатора от желудочных колик и диареи.
В 1937 году представлена руководству СССР. После предания анафеме патриархом — выслана из станы.
1937–1951 г.г. — жизнь в Мексике. Награждена ореном "Святого Антония неискусимого" за предполагаемое доведение до инфаркта некоего Л.Троцкого.
1951 г. — встреча с Х.К.Костанадо (см. Иван Карпович Кистенёв, 1901–1962 г.г.)
Умерла предположительно в 1952 году во время экспедиции по притокам Амазонки. По легенде — проглочена анакондой.
"Врагов знайте в лицо" — Справочник Нижегородского Имперского исторического общества. 2058 год"
Глава одинадцатая
Ну, что свистишь? На гульках твоя Люба.
Убогий жребий брошеных мужчин…
Что он Гекубе? Что ему Гекуба?
Пошёл бы, лучше, выдавил прыщи.
Великий дуче итальянского народа тоже умел страдать, как бы ни странно это звучало. Наибольшие неприятности доставляли страдания физические — бег по горным дорогам не шёл ни в какое сравнение с лёгкой трусцой берсальеров на парадах. Страшно болели ноги, и мучила одышка, в правом боку немилосердно кололо, от недостатка кислорода в крови мерзко ныли нижние зубы, и чуть живого Муссолини несколько раз рвало жёлтой тягучей слизью на высокие английские ботинки с каучуковой подошвой. Но он упрямо вставал, вытирал рот рукавом и бежал дальше — азиатские орды, неумело маскирующиеся под добродушных баварцев, преследовали по пятам.