Я мог это сделать, но это слишком долго, за один сеанс точно не управлюсь. Если только человека весом в пару сотен килограмм, но и то не факт. Ничего в природе не исчезает просто так и ничего не появляется. В процессе выращивания конечностей организм должен откуда-то подпитываться. Худощавый человек просто умрёт от истощения, если ему быстро вырастить руку. То есть этим процессом нужно заниматься не один день и, понемногу откармливая пациента, лечить так много раз. К тому же здесь столько покалеченных, что они меня на куски разорвут, когда узнают о возможности вновь стать здоровым.
Отец мне всегда говорил, нельзя показывать то, что ты добрый и что тебя можно уговорить пойти на то, чего не желаешь, люди сразу же сядут на шею. Нужно всегда делать то, что задумал сам, а не идти на поводу у людей. Именно так я и хотел действовать, но только когда наберу силу, не в том я сейчас положении, чтобы качать права. Только я сам допустил ошибку, по крайней мере, никто меня к данному действию не подталкивал. Случилось это в один из моих приездов в госпиталь, я как обычно сделал свою работу и вышел на улицу. Тут снова привезли раненых, так часто бывало, раненых всегда огромное количество, их подвозили постоянно.
Магические силы у меня ещё были, но устал морально и присел на скамейку, на которой отдыхали солдаты, помогающие в госпитале. Сейчас они метнулись к подъехавшим повозкам и машинам таскать раненых. Тут я увидел девушку или женщину лет двадцати пяти. Лицо красивое, хоть и заплаканное, но сейчас она не причитала, а успокаивала бойца, лежащего в кузове. Но меня впечатлило не это, а то, что у этой девушки отсутствовали обе руки выше локтей. Только что их потеряла и прибыла вместе с ранеными. У самой рук нет, а успокаивает парня, жалеет его, это вызывает уважение, ведь ей же сейчас наверняка очень больно. Судя по одежде, эта девушка санитарка, вытаскивала раненых или просто попала под очередную бомбёжку и взрывом срезало руки.
Самостоятельно девушка спуститься не могла, прыгать из кузова довольно высоко, но при этом она попросила первыми вытаскивать тяжелораненых, которые получили ранение в живот. Я подошёл со спины и оказал незнакомке помощь. Сам не знаю, зачем это сделал.
— Ох! — Выдохнула девушка и резко обернулась, видимо боль отступила.
— Так это Вы тот самый⁉ — Спросила она, а её глаза удивлённо распахнулись.
Красавица, ничего не скажешь. Не знаю, как фигура, в этой дурацкой форме не поймёшь, но характер как у бойца.
— Это я тот самый, — не сдержал я улыбки.
Конечно, обстановка не позволяла улыбаться, кругом стонут раненые, а я тут улыбаюсь как идиот. Впрочем, вскоре сделал серьёзное лицо и стал помогать людям, стараясь не обращать внимания на девушку. Сам не знаю, почему так среагировал, может, у меня просто давно никого не было, вот и заинтересовался. Она так и не уходила, пока внутрь не занесли последнего пострадавшего, после чего подошла ко мне.
— Большое спасибо, руки очень сильно болели, — улыбнулась она мне. — Даже не знаю, как теперь без них.
Девушка несколько секунд помолчала, а потом уселась на пыльную землю и зарыдала. Горько, как ребёнок, всхлипывая и жалуясь на свою нелёгкую судьбу. Я уселся рядом и обнял её, но сидеть со мной в обнимку она не пожелала, тут же вскочила на ноги и убежала в здание.
— Нужно ехать, — ко мне подошёл Звягинцев. — Сегодня работы больше не будет.
— Не перетрудитесь, — проворчал я.
Всю дорогу ехали молча, а когда голодные и уставшие добрались до своего барака, я принял решение.
— Товарищ капитан, прикажите своим людям привезти завтра эту девушку ко мне, — попросил я. — Если не затруднит.
— Зачем? — Удивился мужчина.
— Помочь ей хочу, зачем же ещё?
— Так ты ведь ей уже помог, — напомнил сотрудник НКВД.
— Она лишилась рук, хочу исправить этот недостаток.
— Значит, ты и это умеешь делать?
— Умею, — кивнул я. — Только дело это очень трудное и долгое.
— Насколько долгое? — Уточнил капитан.
— Не знаю, как пойдёт. Не всё от меня зависит, но на пару недель точно.
— Исключено, — заявил мужчина. — У нас завтра другая задача, таких инвалидов сейчас много, идёт война. Ничего, как-нибудь приспособится.
— Вот оно как? — Ухмыльнулся я и тут же начал злиться. — Значит, завтра у вас какая-то другая задача? Замечательно, ну вот и выполняйте эту задачу, а мне как раз хотелось отдохнуть. Вкалываю без выходных, куда это годится.
— У тебя тоже будет задача, — капитан уставился на меня, как будто хотел прожечь дыру.
— С чего это? Кто за меня стал решать, какие задачи мне выполнять и что делать?
— Советский Союз решает за всех, — сообщил мне капитан. Он уже изрядно покраснел и с трудом сдерживался от злости, ещё и моя улыбка его бесила.
— Я гражданин не вашей страны и не твоя ручная собачонка, так что можешь со своими задачами катиться куда-нибудь подальше и забери с собой свою свору.
— Не забывайся, Константин Сергеевич, — сухо произнёс командир. — Ты сейчас находишься в подвешенном состоянии. Мы пока не решили, нужен ты нам или нет.
