У нас особенное чувство есть —Сквозь будничный шагая непокой,Вдруг ощущаешь — будущее здесь, —Дотронься до него рукой!Такому дню еще названья нет —Весенняя прозрачная пора,Старт перелета Или тот рассвет,Когда Стаханов вышел на-гора.И это — только старт, а не итог.И это — только первый день весны.Мы видим мир за пеленой тревог,За грозовыми тучами войны.У нас особенное чувство есть,Оно — как бегуну флажок — дано.То вера, верность, мужество и честь,Стремленьем к счастью слитые в одно.То чувство — Будущее! НавсегдаОно по жилам, словно кровь, течет.И в пятилетки сложены года —Им раньше на столетья велся счет.У нас особенное чувство есть.Оно вело нас по снегам зимы.Какому лету суждено расцвесть,Когда весною мира стали мы!1939<p>«Давайте о юности больше ни слова...»</p>Давайте о юности больше ни слова.Есть мужество, верность — слова поновей!Военное время встречает суровоПодросших за эти года сыновей.Мы выбрали сами прекрасное бремя —Страну на плечах пронести в коммунизм.Лишь трудное время — счастливое время,Лишь трудная жизнь — счастливая жизнь.В снегах и морозах, средь зноя и пыли,Сквозь смерть мы должны свое сердце пронесть,И все ж молодыми мы будем, как были,Такими, как были, такими, как есть:Погодки, ровесники, единоверцы,Бойцы Краснопресненского полка....Чем мягче и беспокойнее сердце,Тем тверже, верней и спокойней рука.1940<p>ДАЧНЫЙ ПОЕЗД</p>Я все вспоминаю тот дачный поезд,Идущий в зеленых лесах по пояс,И дождь, как линейки в детской тетрадке,И юношу с девушкой на площадке.К разлуке, к разлуке ведет дорога...Он в новенькой форме, затянут строго:Мокры ее волосы после купанья,И в грустных глазах огонек прощанья.Как жаль, что вагоны несутся быстроИ день угасает в дожде, как искра!Как жаль, что присматриваются соседиК безмолвной, взволнованной их беседе!Он держит ее золотые руки,Еще не умея понять разлуки.А ей этой ласки сегодня мало,Она и при всех бы поцеловала.Но смотрят соседи на юношу в форме,И поезд вот-вот подойдет к платформе,И только в туннеле — одна минута —От взглядов сокрытая часть маршрута.Вновь дождь открывается, как страница,И юноша пробует отстраниться.Он — воин. Ему, как мальчишке, стыдно.Что грустное счастье их очевидно....А завтра ему уезжать далеко,До дальнего запада или востока.И в первом бою, на снегу, изрытомСвинцом и безжалостным динамитом,Он вспомнит тот дождик, тот дачный поездИдущий в зеленых лесах по пояс.И так пожалеет, что слишком строгоПромчалась прощальная их дорога.1940<p>РОДИНА ОТ НАС СЕЙЧАС ДАЛЁКО...</p>
