Рано утром мы с ПассаромПоползли вперед.На склонеУзкий выдолблен окопчикСредь засохшего бурьяна.Здесь легли мы, наблюдаяЗа равниной.Перед намиГрустная земля застыла,Белым саваном укрыта...Из далекого оврагаВырывался красный выстрел.Выл снаряд. И беспрестанноЩелкали в бессильной злобеРядом пули разрывные.Мы лежали, говорилиПро таежные закаты,Про амурские уловыИ про лодку-оморочку.Я сказал Максиму: «Знаешь,По легендам и преданьям,Бог войны и бог охотыБыл один у наших предков».«Нет, война, — Максим ответил —На охоту не похожа:Зверя бил я добродушно,То был честный поединок.А теперь с врагом бесчестным,С волчьей стаей я сражаюсь,Новое узнав значеньеСлова „зверь“.Смотри, товарищ,Вон спускается с пригоркаВорог. Он меня не видит,Но ему давно уж пулюПриготовили уральцы.И в стволе моей винтовкиТихо дремлет гибель зверя».Левый глаз нанаец сузилТак, что показалось, будтоОн заснул.Но грянул выстрел,И опять открылись веки.И сказал Максим сурово:«Это двести двадцать первыйКончил жизнь благополучно»«Хорошо! — сказал нанаец. —День сегодняшний, однако,У меня прошел недаром.А теперь пойдем в землянку,Должен я письмо отправитьДевушке своей любимой,Что живет у нас в селенье,Обучая в новой школеМаленьких детей нанайских.Я люблю ее так сильно,Что мне кажется порою —Эта сила заряжаетМеткую мою винтовку».У коптилки, сотвореннойИз снарядного стакана,Медленно писал нанаецПисьмецо своей любимой.4В январе прошла по фронтуВесть жестокая: убилиДруга моего — Максима,Знаменитого Пассара.Меткие глаза закрылись,Руки твердые повисли.Обагрились алой кровьюСиневатые страничкиКомсомольского билета.Девушка из новой школы,Как твое утешить горе?Он любил тебя так сильно,Как фашистов ненавидел.5Мы ушли вперед, на запад,Далека от нас сегодняСвежая могила друга.На земле освобожденнойСнова лед прошел по рекам.И весенним днем прозрачнымШел я ходом сообщеньяК пункту командира роты;Надо мной свистели пули,И равнина громыхала,Будто по железной крышеХодят в сапогах тяжелых.Здесь увидел я сержантаС вороненым автоматом.Этот воин смуглоскулыйПоказался мне знакомым.«Ты нанаец?»«Да, нанаец».«Как зовут тебя?»«ПассаромИннокентием. Я родомС дальних берегов Амура».«Ты давно уже на фронте?»«Нет, недавно. С той минуты, Как узнал о смерти брата,Меткоглазого Максима.Я ведь тоже комсомолецИ ружьем владею с детства»....Я припомнил край Восхода,Встречу с маленьким нанайцемИ его рассказ короткийПро закон тайги суровой:«Если зверь на поединкеГолову мою расколет,Брат пойдет по следу зверяИ его догонит пулей».1943<p>СИРЕНЬ</p>
