Бывшая Покровительница магических искусств была не только свидетелем, но и весьма активным участником как свержения, так и строительства разных режимов, так что знала, о чём говорит.
— Наша главная задача — не допустить непоправимого здесь и сейчас, — продолжила убеждать орка Илона. — Нельзя дать лихнистам провести Ритуал и угробить собравшееся на Межрасовых играх оболваненное, но ни в чём не повинное население. Ко времени следующего всеобщего сборища ситуация может кардинальным образом измениться. Вот тогда ударим и в голову, и в пах, хребет переломаем, моргала выколем — всё как положено. Когда накопим достаточно сил, можешь быть уверен, Вразносор, рубанём от души. А пока прошу, не задавай больше абстрактных вопросов, продолжай отслеживать ситуацию в городе. Только, пожалуйста, будь осторожнее. Охранители…
— Не подозревать тупого дряхлого орка, — подмигнул Вразносор Илоне. — Моя опять заблудиться. Моя искать, где пожрать, посрать, развлекаться, — орк посерьёзнел. — Кто не боится выглядеть дураком, может одурачить кого угодно — это ещё моя бабушка говорила. Попробую найти подход к центру города. Надеюсь, всё это действительно не напрасно.
— Ты, Брехло, эти замашки забудь, здесь тебе не там, понимаешь? — сидя на корточках, отчитывал Рок бывшего правдиста за плохую работу. — Из-за тебя и твоих ушастых подлиз мы уже неделю норму едва выполняем. А нужно её превышать! Иначе бухла не дают, а трезвый Рок очень злой. Догадываешься, к чему я клоню?
Сидящий на краю своей кровати Брехлисиус упорно делал вид, что слова орка к нему не относятся, чем раздражал любителя выпивки с каждой секундой всё больше.
— Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! — зарычал Рок. — Продолжишь работать без должного рвения, уши поотрываю! Я не шучу, правдоруб. Если не будет пойла, то я начну развлекаться, наблюдая за твоими мучениями. Мы, орки, знаем толк в пытках. Аф не даст соврать, ломать пленников мы умеем.
Афелис кивнул, присматриваясь к нахохлившемуся эльфу, ещё совсем недавно руководившему Союзом Западных Островов. С одной стороны, ему было жалко это тщедушное, разбалованное роскошью существо, оказавшееся в суровых условиях севера. С другой, он прекрасно понимал, что руководителями такого высокого уровня просто так не становятся. Правдист всеми силами способствовал установлению лихнистской диктатуры на островном Эльфланде, а значит, немалая часть прошедших через каторгу остроухих на его совести.
Долго в лагере эльфы не жили. Холодный климат и непосильный физический труд крайне негативно сказывался на самочувствии бедолаг. Редко кто переживал зиму.
С учётом острейшей нехватки мужчин этой расы, товарищу Торину даже пришлось смягчить наказание: в последние годы провинившихся эльфов отправляли на Стройку Тысячелетия, фактически приравняв их не к преступникам, а к обычному быдлу. Брехлисиусу в этом плане не повезло: он являлся слишком видной публичной персоной, а значит, его наказание обязано было стать более строгим и показательным.
Даже удивительно, что ему не отрубили голову, а решили замучить каторжным трудом на краю света. Хотя… ввиду грядущей амнистии нельзя исключать, что высокопоставленного лихниста хотели лишь основательно припугнуть. Затем освободить под шумок и дальше спокойно использовать в своих интересах. Вполне в духе циничной власти, только изображающей преданность некой абстрактной идеологии. Истина в последней инстанции истиной, а для решения повседневных задач любые средства сгодятся. Бестолковому, но лояльному руководителю всегда найдётся место в иерархии. Это вам не умники, которые с чем-то там не согласны. Вот им прощения нет.
Было ясно, что дело тёмное. Афелис решил, что нужно на всякий случай за «правдорубом» присматривать.
— Ну ответить мне, Брехло. Снизойди до убогого орка. Скажи: да, я буду стараться. Нагребу угля тебе на бухло, — не отставал Рок от эльфа. — Брехло — бухло! Ы-ы-ы, рифму придумал!
Однако бывших власть имущих, как говорится, не бывает. Почувствовал единожды власть, спрятать гордыню потом очень трудно. Самообладание бывшего, пускай и чисто номинального правителя островов лопнуло. Эльф рывком пересел на край кровати, уставившись орку прямо в глаза:
— Меня зовут Брехлисиус! Я не брехло, не правдоруб, а правдист и верховный товарищ! Слышишь, ты, орк, больше не смей так со мной разговаривать! Я, я… Я был другом самого Горрыка, даже ваш прославленный хан относился ко мне с уважением! Я треб…
Лицо Рока посерело, он залепил эльфу пощёчину, от которой возмущённый дохляк, словно безвольная тряпичная кукла, шлёпнулся обратно в кровать. Так же внезапно, как начал, Брехлисиус на полуслове завершил свою речь. С наполненным кровью ртом права особо не покачаешь.
