Проект NUMMI также сумел договориться с профсоюзами. Подписывая коллективный договор с UAW, Toyota смогла включить пункт о запрете забастовок и локаутов. Профсоюз одобрил этот пункт, поскольку в ходе реальной работы понял, что производственная система Toyota не ведёт к интенсификации труда, а сама компания в принципе не увольняет сотрудников.
До этого момента некоторые иностранные и японские эксперты говорили, что «производственная система Toyota является культурным феноменом, уникальным для Японии, и просто так не может быть импортирована». Однако Toyota не стала ограничиваться США и также открыла заводы в Европе, Азии, России, Африке, на каждом из них внедрив свою производственную систему. Как и система массового производства, внедрённая компанией Ford, система Toyota стала мировым стандартом, которым каждый может воспользоваться.
Через два месяца после торжественной церемонии открытия NUMMI, в июне 1985 года, в гостевом доме в Татэсине состоялся корпоративный семинар, на котором присутствовал весь высший менеджмент Toyota.
По окончании трёхдневной программы Кусуноки и ещё 10 человек, имеющих отношение к бизнесу в Северной Америке, получили распоряжение от президента компании Сёитиро Тоёды задержаться.
Избранные руководители приняли участие в собрании, на котором обсуждался план по строительству собственных заводов Toyota в США. Обсуждение заняло всего час, так как план у соответствующих сотрудников уже имелся, предстояло только обсудить детали.
– Мы создаём в США и Канаде полностью принадлежащие нам производственные компании.
Для США предназначалась Camry, для Канады – Corolla. Производство планировалось начать в 1988 году.
Чтобы запустить собственный завод, нужно было найти для него землю, затем с нуля построить здания и нанять сотрудников. По сравнению с проектом NUMMI требовалось проделать колоссальную работу. Однако в случае успеха такой кейс мог послужить прообразом всех будущих заводов Toyota за рубежом.
Внедрение системы на NUMMI хоть и привлекло внимание передовых исследователей и специалистов, но в мире американских промышленников не стало чем-то инновационным.
– Производственная система Toyota? А что это?
На этом всё и закончилось.
Хоть американские рабочие на заводе NUMMI и получили представление о сути нового метода, всё же речь шла о перезапуске завода General Motors, поэтому о полном внедрении говорить не приходилось.
– Действительно ли приживётся производственная система Toyota в США?
Этим вопросом задавались как Эйдзи и Сёитиро, принявшие решение о выходе на американский рынок, так и Кусуноки с Тё, отвечавшие за конкретные заводы.
Чувства, одолевавшие их в то время, хорошо выразил в своих воспоминаниях Тё:
– Перед тем как я отправился в Кентукки, репортёр японской газеты меня спросил: «Сможете ли вы внедрить систему Toyota в США? Примут ли её американцы?» Мне ничего не оставалось, как ответить: «У нас нет информации о других производственных системах. Поэтому придётся внедрять методы Toyota».
Это было чистой правдой. В Toyota не нашлось ни одного человека, кто по опыту знал бы, как работать с системой массового производства Ford. Нам оставалось только поставить на кон всё, что мы умели и во что верили.
Хотя Тё был настроен решительно и несколько патетически, его нельзя обвинить в наивности. Он учился у Оно, поэтому обладал умением мыслить рационально и был реалистом.
Да, нужно было внедрить производственную систему Toyota, но целью было наладить выпуск и продажи автомобилей Toyota на местном заводе. И сделать при этом так, чтобы американские сотрудники хорошо работали.
Будь Кусуноки и Тё артистами жанра нанива-буси[27], они могли бы повязать мотивационные банданы хатимаки, прижать к груди погребальную табличку с именем Киитиро и сесть в самолёт до Америки. Но они были реалистами. Истинным намерением Киитиро было заручиться поддержкой американских потребителей. Поэтому Кусуноки, которому поручили проект, не питал по этому поводу ложных надежд.
Кусуноки, окончив университет Тохоку, пришёл в компанию Toyota через год после капитуляции Японии в войне. В том году вместе с ним в компании начали работать 24 человека в должности технических специалистов. Это довольно много. Для бедной венчурной компании это была смелая заявка. Кусуноки видел Киитиро всего несколько раз с момента своего начала работы, но, несмотря на это, Кусуноки был очарован Киитиро. Он чувствовал, что Киитиро – тот самый человек, который способен «вытянуть» компанию.
Однако позже в Toyota случился управленческий кризис. Зарплату задерживали, и Кусуноки стал по выходным расчищать пустыри в пригороде, чтобы сводить концы с концами.
После сурового противостояния с участниками трудового конфликта Киитиро подал в отставку. Для Кусуноки это стало «невероятно большим потрясением». Вскоре после этого компания вновь ожила благодаря военным спецзаказам в рамках Корейской войны. Зарплаты начали выплачиваться, и Кусуноки мог бросить подработку.
