- Ты слишком стараешься. Легче.
Кузя кивнул головой. Еще раз сжал и раскрыл ладонь. Язычок пламени был ярким и сильным.
- Теперь хорошо. Но высвистывать ветер я тебя учить, пока, не стану.
Кузя поднял глаза на Федора.
- Спасибо, Федь...
- Я ничего ведь не сделал, не за что благодарить...
Несколько недель спустя Федор читал книгу, сидя на веранде, а Кузя пришел из спортивной секции и, вроде бы, бесцельно, слонялся по веранде, посматривая на море, птиц и небо, кося одним глазом на Федора. На, от души натопленной, веранде было жарко, Федор сидел в одной свободной рубашке с открытым воротом. На груди у него таинственно блестел старинный медальон в форме медиатора.
Кузьма уселся на подоконник, ожидая когда Федор отвлечется от книги. Но Беляев читал, полностью погруженный в старинный текст и, наконец, Кузьма решился и спросил:
- Федя, а твой амулет, он очень сильный?
Федор, оторвавшись от книги, спросил невинным тоном:
- Какой амулет?
Кузьма вздохнул, но не отступил:
- Ну, Федь?! Тот, что ты на шее носишь!
Федор неосознанным жестом взялся за висящий у него на шее «листок». Затем кивнул, соглашаясь с какими-то своими мыслями и ответил:
- Да... Очень сильный... Это... чешуйка дракона...
Кузьма округлил глаза:
- Динозавра?!
Федор покачал головой:
- Нет, малыш... Дракона. Которые в сказках...
Кузьма от любопытства и удивления даже не обратил внимания на «малыш»:
- Настоящего огнедышащего дракона?!
Федор усмехнулся его восторгу и ответил:
- Да! Хочешь посмотреть?
Кузьма, соскочив с подоконника, подошел к Федору, боясь каждую секунду, что тот передумает.
- Конечно, очень!
Федор достал талисман из-за ворота рубашки протянул его Кузьме. И что странно - «лепесток» всегда висел у Федора под ямкой ключиц, но цепочка оказалась достаточно длинна, что бы Кузя взял амулет в руки, и поднес к глазам, а Федор нисколько не подался вперед. Но Кузьме сейчас не было дела до этих чудес. Он с жадным любопытством смотрел на лежащий в его ладони предмет.
Длинная пластина, в виде удлиненного щита, или лепестка, привешенная на цепочку, с одной стороны она была бронзового, почти черного цвета, а с другой - перламутровая. На перламутровой стороне неизвестный художник тончайшими мазками нарисовал портрет красивой женщины в старинном костюме.
Кузьма почтительно рассматривая портрет, спросил, не сомневаясь в ответе:
- Это принцесса, да? Ты убил дракона и спас ее?
Федор грустно вздохнул и забрал амулет из рук Кузьмы:
- Принцесса... Но, нет... ее я не спас...
Кузьма похолодел от ужаса:
- Ее убил дракон?!
Федор кивнул:
- Самый страшный дракон - война.
На следующий год Кузя услышал слово «Хранитель» и был несказанно удивлен, что его добрый друг Федор - практически всемогущий Хранитель города, что защищает его ото всех бед. Потом он получил первый настоящий урок магии и перешел к изучению более сложных дисциплин. Теперь он целыми днями находился в омшанике, играя на флейте, сидя в специально начерченной Федором пентаграмме. Омшаник был старый, старее дома. Собственно, дом был построен на этом месте именно потому, что здесь был «подвальчик». В этом омшанике, три метра всего глубиной, был тайный узел, что соединял три мира - Первый мир, мир Богов и демонических сущностей, Средний мир, мир людей и Верхний мир, мир элементалей, мир тех сущностей, что сами называли себя богами, ожесточенно отстаивая это право у Первых.
Федор собственноручно начертил пентаграмму для Кузьмы из смеси соли, черного и красного перца, крови Кузьмы и пепла его волос, ориентируясь на рост и мастерство молодого человека. Точно такие же пентаграммы в свое время чертились и для Петра, и для Михаила.
Кузя играл на флейте. Монотонная, гипнотическая мелодия требовала немалой концентрации, и Кузьма целыми часами добивался правильного звучания, до тех пор, пока вокруг закрытого магией безопасного места не начинали сгущаться силы, человеку неподвластные и поэтому опасные более чем смертельно. Но, иногда, к краям пентаграммы слетались боевые демоны, Кузя откладывал в сторону флейту и принимался копировать их позы и боевые стойки, постепенно понимая боевые приемы чужого мира и перенимая их. Про свою способность вызывать огонь он не сказал никому, ни родителям, ни деду, ни бабушке, охраняя свою единственную тайну, как зеницу ока.
Когда Кузе исполнилось тринадцать, к юному ведьмаку начали приходить друзья из мира животных, птиц, насекомых.
Федор на день рождения Кузьмы не попал, будучи в отъезде. Кузя ждал приезда старшего товарища, с нетерпением ожидая рассказа о заморских чудесах. Приехав, Федор принес ему необычный подарок - огромного шипящего таракана. Федор открыл коробочку и выпустил чудовище на ладонь. Тот стал гордо прохаживаться по руке Беляева. Кузя, на всякий случай, отступил на шаг.
- Это что?
- Это не что, а кто. Его зовут Т-с-с.
Услышав свое имя Т-с-с громко и мелодично зашипел. Кузя уловил в его шипении знакомые звуки.
- Он говорит...
Федор кивнул:
- Прислушайся. Внимательно.
