Кроме, офигевших рабочих, что отвязали своего шефа и приняли на землю спящую сеструху в ранге золотого Сверха. Полёт вниз головой Ивана явно утомил, поэтому его унесли на носилках. Реакция его коллектива порадовала: они умудрялись улыбаться, глядя с на своего шефа с серьёзными лицами. Видимо особой любви они к нему не испытывали. Мы же полетели домой, прямо к нашей причальной вышке.
Наш экипаж снова продемонстрировал профессионализм, мягко подведя перегруженное судно к месту швартовки.
Спрыгнув прямо с дирижабля, мы с Олегом гордыми павианами проследовали в дом, где как выяснилось нас никто и не ждал. Наш дом был пуст, не считая Авдотьи Семёновны и какой-то молодой девчонки, видимо, принятой на работу ей в помощницы.
Немного расстроенные отсутствием тёплой встречи, мы обречённо принялись разгружать наше судно. Экипаж тоже участвовал в этом мероприятии, но даже так, мы закончили только к вечеру.
И конечно сразу же появились первые жители, вернее жительницы. Они лихо подкатили на открытой карете, возглавляя колону ещё из двух транспортных средств, больше напоминающих вагоны.
-- Ура, наши мальчишки прилетели, -- донесся из-за забора голос Наташки.
– Это хорошо, быстрее разгрузим, -- рассудительно добавила Амита.
Переглянувшись с Рыжим, мы сразу ломанулись в ближайшую комнату. Не разбираясь чья она, мы рухнули на широкую кровать и прикинулись спящими. Впрочем, долго нам притворятся не пришлось.
Утреннее солнышко мы встретили всё так же лежащими на одной кровати, в непонятно чьей комнате. Однако, разбудило нас не небесное светило, а ворчливое бормотание нашей поварихи.
-- Ну и долго вы ещё собираетесь на моей кровати валятся? – с этими словами рукавичник Семены стеганул меня по спине.
-- В принципе, я не сильно возражаю покувыркаться с такими хлопцами, вот только боюсь не всем в этом доме такое понравится, -- добавила она с усмешкой.
С кровати нас сдуло в одно мгновенье. Под заливистый смех Авдотьи Семёновны мы быстро проследовали на кухню.
Утро было раннее, поэтому завтракали мы одни.
Нас конечно интересовали как у нас тут продвигались дела в наше отсутствие, и наша повариха нас немного просветила, со свойственной её житейской непосредственностью.
-- Семёна, расскажи нам как умеешь, что тут в наше отсутствие произошло, а то, когда мы улетали сам Князь выходить к народу, собирался, как всё прошло, поведай, -- нараспев потянул Олег, макая пельмень в сметану.
-- Уж не знаю, к добру ли это, но теперь мы-- Русь. Правда не святая, да откуда её здесь взяться, коли разумом народ больной, да и земля чудищами кишит, --вздохнув, ответила она.
-- Выходил наш Князь к народу, выходил. Много говорил всякого, как Орден победил рассказывал, что заживём теперича сладко, тоже поведал. Бояр своих новых показывал, что лепту свою в победу внесли, эти правда поселенцами командовали. Вот только боятся люди, как бы всё это горем великим не обернулось. Вдруг этим, там, наверху, всё это не понравится, что тогда делать будем? -- рассудительно добавила она.
Переглянувшись с Олегом, мы улыбнулись.
Сработала наша история, это хорошо, нам лишнее внимание не к чему. Мой друг, покрутил наколотым пельменем в воздухе, обозначив нетерпение.
-- Но это дела великие, нас пока мало волнующие, --продолжила она. -- А вот как у нас тут, расскажу, что знаю.
Алексей карету купил открытую, так ему ваши девицы наказали. Кучера наняли, помощницу мне взять разрешили, Нюркой звать, родня моя, -- гордо подбоченившись добавила она.
Так-так, снова родня, -- улыбнувшись подумал я.
-- Пока вы шалопаи мне кроватку грели, все наши без устали разную мебель в дом сносили, да и в подвал всякое, для дела пригожее. Ох и намаялись они с этими шкафами и столами железными. – покачав головой она задумалась. Но буквально на секунду.
-- Не знаю, что вы там из своих путешествий приволокли, но ругались девчонки лихо. Но знаете, что я вам скажу? – заговорщицки склонилась она к нам.
-- Это они так, любя, в основном по привычке нашей бабьей. Мол могли бы вы поаккуратней с такой ценностью обращаться, вот чего бубнили. А на самом деле радостные были очень, всё ливер с монстров нахваливали да цветочками восторгались, ну любим мы бабы, цветики всякие. Говорили, что стоит это всё золотом по весу, а то и дороже. Мол нет не у кого такого, говорили, и не будет. Очень обрадовались они, очень.
-- Кхх, гы, кхх, -- закашлялся мой друг.
Видимо вспомнил за какие милые цветочки разговор идёт.
-- И вот что я вам ребятки скажу, -- прошептала Авдотья Семёновна. – Держитесь девушек ваших, уж больно умны и красивы эти бестии.
Выдав эту глубокую мысль, она подлила нам с Олегом местного чаю, и продолжила.
-- А потом, уже ночью, ещё «Волк» с Алексеем на другом дирижабле прилетели. Они после вас куда-то пропали. Но что они там носили в подвал, я не знаю, они всех по домам отправили. Знаете, думаю там ценности великие, -- снова наклонившись к нам, тихо прошептала она
