И даже сонливое состояние моего пристёгнутого к столу тела, вполне вписывалось в парадигму происходящего. Мой организм очень сильно хотел продолжить прибывать в объятиях Морфея, однако пока у меня на этот счёт были другие мысли. Хотя!?
Слегка приоткрыв глаза, убедился, что рядом сопит мой друг, а мы сами, лежим в каком-то большом металлическом ящике. Притом, до верхней крышки расстояние в какие-то сантиметры. Руки и ноги закованы в кандалы и не дают шевелится, двигаются лишь лучики света, что ползают по нашим телам, проникая сквозь просверленные для воздуха отверстия. Замечательно.
Жорик давал мне понять, что до горной гряды мы ещё не долетели, а ликвидаторы «Асгарда», тоже не дураки поспать, правда выставив рядом с нами охрану.
Сам дирижабль был прекрасен. Мягкие и изящные обводы гондолы, мощный движитель на основе Средоточий и Ядер, роскошные апартаменты на корме и просторная кабина управления. Эти ребята знают толк в удобстве и роскоши.
Мычание моего просыпающегося друга, я воспринял как добрый знак.
Повернув головы, мы посмотрели друг на друга и улыбнулись. Разговаривать мы не стали, справедливо полагая быть услышанными, а кто и чем занимается на борту этого дирижабля мы знали и так. Самоё интересное, что никакого конкретного плана на ближайшее время у нас просто не было. Уж очень много неизвестных слагаемых нас ожидало впереди, однако общую задачу мы представляли себе очень хорошо. Немного полежав, мы решили не чистить организм от этой пакости, а ещё немного поспать, ведь лететь до места нам ещё часов десять.
Второе наше пробуждение было довольно резковатым. Со скрипом откинулась верхняя крышка и нам в глаза ударил солнечный свет закатного солнца. Перемогавшись, я понял, что действие усыпляющей отравы подошло к концу, и мне совсем не хочется спать.
Наведя резкость в глазах, узрел двух крепких мужчин что молча рассматривали нас с Олегом. Хочу заметить, что раздевать нас не стали, ведь у нас с собой ничего и не было, мы понимали куда направлялись.
-- Не понимаю Стив, обычные молокососы что тысячами шаряться в местных лесах. Похоже, простые пешки, попавшие под раздачу, -- произнёс бородатый мужчина неопределённого возраста.
-- Да, не похоже, что они местное «Перо» завалили. Вероятно, ты прав Карл. Ладно, скоро прилетим, может всё же покормим?
У меня как по заказу заурчало в животе, мой Рыжий друг тоже присоединился. Однако, вмешалось третье лицо и о кормлении пришлось забыть.
-- Никакой еды, -- сказал подошедший к ящику третий мужчина, и я впервые увидел Сверха с идеальными, как и у нас эфирными каналами. Притом он тоже щеголял оранжевой закалкой. То есть без всяких «ЭВов», этот наёмник сумел привести своё тело в отличное состояние и самостоятельно освоил навык сокрытия своей закалки. Видимо это и есть тот самый Борк о котором говорил Иваныч.
-- Закрывайте, через час прилетаем. Сдадим этих, получим груз и сразу обратно.
Последние слова долетели до нас уже снова в темноте, металлическая крышка захлопнулась. Ну а мы начали гонять эфир по телу, разогревая мышцы и выгоняя остатки сонливости и усыпляющего препарата.
Сама передача наших тел прошла как-то буднично.
Гондола пришвартовалась, и нас спустили на землю. Скрипнула крышка и мы увидели радостные лица Профессора Канорского и его безопасника, имени которого мы до сих пор не знали.
-- Ну здравствуйте господа, -- с нескрываемым сарказмом произнёс Юрий Михайлович.
Его спутник хоть и улыбался, но приветствием нас не порадовал. А вот Профессор не мог скрыть своей радости и желания пообщаться.
-- Ждём, ждём, и действительно рады встречать вас на нашей земле. И пускай пребывание у нас будет не очень продолжительным, однако обещаю, что вы запомните каждый миг, каждое мгновенье, а мы уж постараемся сделать их незабываемыми.
-- Проклятые убийцы, твари, гореть вам в аду, ублюдки, -- мелькнуло довольно симпатичное лицо, и в нас полетела слюна. Крики этой женщины не затихали, хотя и доносились с каждой секундой все тише. Похоже её кто-то оттаскивал от нас.
— Вот видите, как вы нашу Верочку расстроили, а ведь она потеряла мужа, а дети отца. Не стоило вам нашего Мэра убивать, ох не стоило, -- елейный голос Профессора словно убаюкивал, и даже немного успокаивал.
Ну конечно, ему без навыков ментального воздействия руководить такой разнородной толпой никак. Вот и сейчас он врубил своё умение, однако нам эти потуги были по барабану. Но глазками мы активно хлопали и даже немного смущённо улыбались, что приводило Канорского в полный восторг.
-- Правда, скажу вам по секрету, -- Профессор склонился над нами и зашептал. -- Всё ещё можно исправить, да можно, но это будет непросто. А пока отдыхайте.
Крышка снова лязгнула, и нас куда-то понесли.
Следующая остановка оказалась для меня конечной, мне поменяли одни кандалы на другие, и я оказался в бетонной камере метра два на два, прикованный цепями в мурованные в стену толстые железные кольца.
