-- Значит эта, отдыхайте и лучше сегодня из каюты не выходите, запритесь и просто ложитесь спать, а завтра, придёт сержант и на утреннем разводе назначит вас на места, значит, всё, я пошёл.
Закрыв за собой дверь, мы огляделись, ну что? Очень миленько, две односпальные кровати, если можно так назвать три сколоченные доски, покоившиеся на широких пеньках, стол у стены, у входа две тумбочки и шкаф. Очень похоже на железнодорожное купе, только подлиннее немного. И ещё, этот запах, спёртый запах немытого помещения. Усевшись на матрасы, мы тихо стали шептаться.
-- Эд, как-то по-другому я представлял себе местную армию.
-- Я тоже Олег, я тоже. Но думаю, завтра прямо сутра надо всё здесь для начала вымыть, ну а потом разберёмся, всё давай спать.
К подъёму, наша комнатка блестела, до кучи мы помыли и коридор, под богатырский храп Петро который даже не дёрнулся, пока мы всё это драили. Дождавшись, общего подъёма и пришедшего откуда-то хмурого сержанта, мы узнали, что наша смена пройдёт сегодня на стене, под руководством опытных наставников. Вообще наш временный командир не впечатлял, от слова никак. Злой, молчаливый, и очень похоже, что давно на всё забивший служака. А его позывной это нечто--Зверёк. Он нам так и представился, но добила нас утренняя разминка. Два круга вялого бега, и все пошли на камбуз, мне срочно захотелось поговорить с нашим старшиной, что бы понять--куда нас засунули.
На городской стене, я весь день расспрашивал «старослужащих» что здесь и как. В результате, достал даже флегматичного здоровяка Кувалду, что был массивным «камнем», и он пообещал меня сбросить вниз, если я не заглохну. А ещё, мы наблюдали со стены пришествие с орбиты в поля, очередной партии поселенцев, завораживающие зрелище, когда с полсотни куполов несут к земле здоровые шары.Олег нес вахту, где то на другой стороне Форта и мы с ним не виделись Но, в результате я пострелял из Калаша, и наконец-то понял, куда подевались в округе все звери.
Всё оказалось очень просто, у местных животных гипертрофированное чутьё на опасность, что в принципе не удивительно. Им всем хватило нескольких месяцев, чтобы понять, что к форту даже в пределах их виденья подходить нельзя, конечно это не касается гона, тогда они все ошалевшие и ни хрена не соображают. Ещё выяснилась интересная весч, оказывается в последнее время выброс даже ждут, притом с нетерпением. Укреплённый Форт, становится уже не по зубам животному миру, а вот человек очень даже активно истребляет всех подряд пришедших под эти стены, а это мясо и шкуры, но самое главное, у почти любого зверя это, сердце, и прочий его ливер. Правда с последним часто возникает проблема, введу почти полного его отсутствия, но самое ценное-- железы и сердце, вот их можно отыскать почти всегда.
Еле дождавшись вечера, я отправился в городскую больницу, просто я не знал, куда мне больше идти, где нас должен гонять старшина, а он не словом не обмолвился, да и вообще не появлялся на глаза со вчерашнего дня.
В коридоре на минус третьем этаже солдата уже не было, наверно их выставляют на время прилёта гостей. Дверь в лабораторию тоже оказалась закрыта, «интересно дефки пляшут, по четыре штуки в ряд», и куда мне податься теперь прикажете. Решил вернутся в казарму, там я Олега и застал, пребывающего в явных смятеньях, он постоянно норовил за что нибудь схватится и прятал глаза. Ох, как я его понимаю, ему ведь тоже запретили, что-либо говорить, а для него это просто мука, ну ладно, сидим, ждём.
Но побыть нам одним не дали, к нам заглянул вечный Петро и промямлил, что нас там мол зовут, значит.
А звал нас чернявый, кряжистый мужичок, небольшого расточка, но с очень широкими плечами, что, не мудрствуя лукаво, предложил нам поработать.
-- Так мальки, меня кличут «Кунжут», сегодня у нас «ПХД» кто не знает то это Парко- хозяйственный день. Сейчас, вы весело и с улыбочками схватите тряпки, и приступите к общей уборке помещений, надеюсь, вам всё ясно.
Олег итак был на взводе, а тут ещё это, нам на голову свалилось. Вот он и …
-- Согласны, но сначала ты по разику нас поцелуешь в зад, и чтобы по взрослому, не нагибаясь и взасос, как тебе предложение.
По моему телу пробежали мурашки, но странные какие-то, я же должен сейчас очень испугаться, а этого и в помине нет. Шныряющий в коридоре Петро открыл было рот, да так и остался стоять с раскрытым хлебалом.
Кунжут резко прыгнул и, схватив Олега одной рукой за горло, поднял над головой, продолжая сдавливать руку. Сам себе не веря, я произнёс.
-- Отпусти его. -- Меня накрыло странное состояние, всё мышцы пришли в мелкую хаотичную тряску, словно тело пыталось пойти вразнос.
Кунжут повернул ко мне голову, и попытался схватить меня второй рукой, и тоже за шею. Откинувшись назад, я очень резко ударил, словно скинул с себя всю свою тряску, передав этот импульс в кулак, что ровно вошёл в челюсть этой образине. Послышался громкий хруст, тело Олега выпало из захвата и упало на пол, а местный бугор со свёрнутой на бок челюстью с грохотом ломая стол, повалился навзничь и затих.
