Глухая ночь меня ужасной крыла тьмой;Се мать, Иезавель, предстала мне в виденье,В богатом, как была в день смерти, облаченье;Над бедством гордостью души вознесена;Румянцем, белизной подложными красна,Случалось коими ей старостью тягчимойИзглаживать годов позор неизгладимой.«Вострепещи», рекла, "достойная мне дщерь;Злый Бог Еврей твою готовит казнь теперь.Шалею, зря тебя в руках его несчастну,О, дочь моя!" едва скончала речь ужасну,И наклонилась тень на одр к главе моей;А я объятия уж простирала к ней;Но безобразну смесь лишь обрела со страхомИ плоти и костей, покрытых гнусным прахом,В крови отрывки жил и кожи и власов,И спорилась о них несытых стая псов.<p><strong>[Из «Федры» Расина]</strong><a l:href="#n334" type="note">[334]</a></p>
