* * *Небольшой комментарий. Если подходить к изложенному сугубо с точки зрения воинской дисциплины, то, конечно же, действия Стученко выглядят как неисполнение ранее полученного приказа командарма. Но это если формально. Однако в реальности-то они находились в окружении. И тут уже действовал Приказ Ставки Верховного Главного Командования Красной Армии № 270 от 16 августа 1941 г. В пункте № 2 этого приказа четко и ясно указано, что каждый военнослужащий независимо от своего служебного положения обязан потребовать от вышестоящего начальника, если часть находится в окружении, драться до последней возможности, чтобы пробиться к своим, и если такой начальник… вместо организации отпора врагу… короче говоря, можно было расстреливать таких командиров. Как видите, Лукин и вовсе откровенно воспретил попытку прорыва. То есть в тот момент у Стученко было право на основании упомянутого приказа Ставки попросту расстрелять генерала Лукина. Искренне жаль, что он не воспользовался своим правом, — быть может, не было бы тогда трагедии целого миллиона человек. Потому что далее Мухин приводит факты, которые однозначно свидетельствует о том, что Лукин готовился смыться в плен.
* * *А теперь прервем Стученко и прочтём воспоминание тогда капитана Толконюка. Напомню, что в этот день, 12 октября 1941 г., Ставка приказала генералу Лукину возглавить все четыре советские армии, попавшие в окружение. И. А. Толконюк пишет:
