Таким образом, мятежники продолжали поиск новых форм и методов борьбы с государственной властью в условиях вывода советских войск и более гибкого реагирования на изменение обстановки в контролируемых районах. При этом тактика последовательного разложения партгосаппарата изнутри и перетягивания его на свою сторону всеми доступными методами все более заметно прослеживалась в их действиях. Этого просто нельзя было не учитывать президенту, руководству НДПА. Образно говоря, в перестройке форм и методов борьбы и работы с населением сторонники Наджибуллы не должны были отстать от оппозиции. Впрочем, попытки эффективнее, а главное, результативнее влиять на население провинций в 1988 г. предпринимались кабульскими властями не раз. Но когда болен весь организм, локальные вмешательства положения исправить не могут. Так было и здесь.
Реально оценивая свои возможности на перспективу, оппозиция не ставила задачу немедленного захвата власти. Главным для нее была подготовка к решительным действиям после завершения вывода советских войск из Афганистана. Полевым командирам поступали директивы — не препятствовать возвращению 40-й армии на Родину; создавать запасы вооружения, боеприпасов, снаряжения и продовольствия; воздерживаться от боестолкновений между собой и проводить совместные операции против правительственных войск только в тех случаях, когда есть гарантия достижения успеха.
В этих условиях афганское руководство активизировало свои действия по налаживанию контактов с оппозицией. На этом направлении обозначились у президента страны определенные перспективы по налаживанию взаимоотношений с видными лидерами оппозиции Б. Раббани и С. А. Гилани, углублению конспиративных связей с Г. Хекматияром, а также наметились некоторые сдвиги в диалоге с бывшим королем Афганистана Захир Шахом. К этой деятельности подключились, наконец, и советские официальные дипломатические лица, проведя несколько встреч и переговоров с представителями «Альянса-7» (в частности, в декабре в Эт-Таифе, Саудовская Аравия). К сожалению, раньше такое не практиковалось, хотя условия к этому были, так как советская военная разведка установила неофициальные контакты с одним из лидеров «Альянса-7» еще в 1986 г.
В целом по стране конспиративным путем велись переговоры с сотнями руководителей вооруженных формирований различных исламских группировок. Общая численность подчиненных им контингентов составляла 70 тыс. человек (третья часть мятежников). Важно отметить, что в большинстве случаев оппозиционные руководители местного масштаба поддерживали контакты с представителями режима без согласования своих действий с зарубежными штаб-квартирами или эти согласования проводились ограниченно. Изложенная позиция была характерна для таких влиятельных главарей «второго эшелона», как Ахмад Шах Масуд, Туран Исмаил, Джелалуддин, Саид Джагран, Абдул Басир, контакты с которыми поддерживались при посредничестве влиятельных религиозных и национальных авторитетов. При этом существенную помощь афганской стороне, особенно на стадии установления и первоначального развития диалога с оппозиционерами, оказали советские военные представители в РА.
Полевым командирам, как правило, направлялись вопросы, которые предлагалось обсудить с целью установления мира в контролируемых зонах. Например, в ноябре такие вопросы были переданы Джелалуддину Хаккани.
