------------------------------------------------------------
Перевод М.М.Морозова
М.М.Морозов. Избранные статьи и переводы
М., ГИХЛ, 1954
OCR Бычков М.Н.
------------------------------------------------------------
Настоящий перевод "Гамлета", сделанный прозой, отнюдь не претендует на художественность. Его единственной целью является отразить с наибольшей возможной точностью семантическую сторону подлинника. Известно, какое огромное значение имеют для режиссера и актеров, работающих над пьесой, смысловые оттенки исполняемого текста. Из этих, казалось бы, "второстепенных" деталей вырастают иногда целые образы. Для режиссеров и актеров прежде всего и предназначен настоящий перевод.
Сделанная нами работа окажется, возможно, полезной и нужной для переводчиков "Гамлета", в частности для переводчиков на национальные языки, поскольку подстрочник смыслового содержания поможет им разобраться в трудном английском тексте. Театроведческая молодежь, изучающая Шекспира, но не обязательно обладающая той значительной лингвистической эрудицией, которая требуется для чтения Шекспира в подлиннике, получит, мы надеемся, в этом подстрочнике нужный материал, на котором легче будет строить работы исследовательского характера.
Примечания служат необходимым дополнением к переводу.
Точность всякого перевода, даже прозаического, относительна. Кроме того, в тексте "Гамлета", как известно, много темных мест, допускающих разные толкования. Автор перевода приносит свою глубокую благодарность проф. А. А. Смирнову за ряд ценных замечаний.
Входят с разных сторон Бернардо и Франциско - двое часовых {2}.
Бернардо. Кто там?
Франциско. Нет, сами мне ответьте; остановитесь и откройте себя {3}.
Бернардо. Да здравствует король! {4}
Франциско. Бернардо?
Бернардо. Он.
Франциско. Вы пришли точно в свой час.
Бернардо. Только что пробило двенадцать. Ступайте спать, Франциско.
Франциско. Большое спасибо за смену: очень холодно, и мне не по себе {5}.
Бернардо. Все было тихо, пока вы были на посту?
Франциско. Мышь не шевельнулась {6}.
Бернардо. Ладно, доброй ночи. Если вы встретите Горацио и Марцелла, моих товарищей по страже, попросите их поторопиться {7}.
Входят Горацио и Марцелл.
Франциско. Кажется, я слышу их шаги. Стойте, эй! Кто там?
Горацио. Друзья страны.
Марцелл. И вассалы короля Дании.
Франциско. Доброй вам ночи.
Марцелл. Прощайте, честный воин. Кто сменил вас?
Франциско. Бернардо встал на мое место. Доброй вам ночи.
Марцелл. Привет {8}, Бернардо!
Бернардо. Скажите, пожалуйста, и Горацио здесь?
Горацио. Я за него {9}.
Бернардо. Добро пожаловать, Горацио, добро пожаловать, добрый Марцелл.
Горацио. Ну что, это существо снова являлось сегодня ночью? {10}
Бернардо. Я ничего не видел.
Марцелл. Горацио говорит, что это лишь игра нашего воображения, и не хочет допустить, чтобы им овладела вера в ужасное явление, которое мы дважды видели. Я поэтому и уговорил его присоединиться к нам и провести на страже вместе с нами эту ночь, чтобы, если вновь явится видение, он смог убедиться в истине того, что видели наши глаза, и заговорить с ним.
Горацио. Вздор, вздор, оно не явится {11}.
Бернардо. Давайте сядем, и мы еще раз атакуем ваши уши, столь укрепленные против нашего рассказа о том, что мы видели в течение двух ночей.
Горацио. Хорошо, сядем и послушаем, что скажет об этом Бернардо.
Бернардо. Прошедшей ночью, когда вон та самая звезда, которая к западу от Полярной, продвинулась по своему пути и освещала часть небес, где она сейчас горит, Марцелл и я, когда колокол бил час...
Входит Призрак {12}.
Марцелл. Тише, замолчи! Смотри, вот оно снова идет!
Бернардо. По облику - точь-в-точь покойный король.
Марцелл. Ты - ученый, заговори с ним, Горацио {13}.
Бернардо. Разве оно не похоже на короля? Вглядись в него, Горацио.
Горацио. Необыкновенно похоже. Я поражен страхом и изумлением.
Бернардо. Оно хочет, чтобы с ним заговорили {14}.
Марцелл. Спроси его, Горацио.
Горацио. Кто ты, незаконно овладевший этим временем ночи, а также прекрасным и воинственным обликом, в котором некогда выступал похороненный король Дании? Заклинаю тебя небом, говори!
Марцелл. Оно оскорбилось.
Бернардо. Смотрите, оно удаляется величественным шагом.
Горацио. Стой! Говори, говори! Я заклинаю тебя, говори!
Призрак уходит.
Марцелл. Оно ушло и не хочет отвечать.
Бернардо. Ну что, Горацио? Вы дрожите и побледнели. Разве это не побольше, чем игра воображения? Что вы думаете об этом?
Горацио. Как перед богом, я не поверил бы этому без чувственного и истинного свидетельства моих собственных глаз.
Марцелл. Разве оно не похоже на короля?
Горацио. Как ты на самого себя. Точно в таких же доспехах был он, когда сражался с честолюбивым королем Норвегии; так же точно нахмурился он однажды, когда, охваченный гневом, во время переговоров он вышвырнул на лед сидевших в санях поляков {15}. Это странно.
