— Вот я и старалась ничего не упустить. «Высматривала и вынюхивала, как сказала Беатрис», — подумал сэр Чарлз.
— Наблюдали за гостями?
— Да.
— Что же вам удалось заметить?
Стекла пенсне снова блеснули.
— Ничего существенного. Если бы заметила что-нибудь важное, то уж конечно сообщила бы полиции, — добавила она тоном законопослушной гражданки.
— Но что-то же все-таки вам удалось подметить?
— Я всегда все подмечаю. Тут уж ничего не поделаешь. У меня на этот счет пунктик, — усмехнулась мисс Уиллс.
— Так что же именно?
— Да ничего, ничего особенного, сэр Чарлз. Просто всякая всячина, разные мелочи, в которых проявляется психология людей. Наблюдать людей — увлекательнейшее занятие. Они все такие типичные, понимаете?
— Типичные? В чем?
— В своих характерах. Ох, не могу объяснить, такая бестолковая, — снова усмехнулась она.
— Перо у вас беспощадное, чего не скажешь о вашей манере вести беседу, — улыбнулся сэр Чарлз.
— Не очень-то любезно с вашей стороны, сэр Чарлз, называть меня беспощадной.
— Моя дорогая мисс Уиллс, признайтесь, что ваше перо разит наповал.
— Вы несносны, сэр Чарлз. Уж если на то пошло, так это вы ко мне беспощадны.
«Пора кончать с этой болтовней, не то совсем увязнешь», — подумал про себя сэр Чарлз и сказал:
— Значит, ничего определенного вы не обнаружили, мисс Уиллс?
— Да нет, не то чтобы совсем ничего. Кое-что было. Следовало сказать полицейским, да я запамятовала.
— Так что же это было?
— Родимое пятно. Красноватое родимое пятно на руке у дворецкого, на левом запястье. Я заметила у него это пятно, когда он подавал мне овощи. Наверное, такая подробность может оказаться полезной для расследования.
— Я бы даже сказал, весьма полезной. Полиция изо всех сил старается выследить этого Эллиса. Право, мисс Уиллс, вы необыкновенная женщина. Никто — ни прислуга, ни гости — не заметил этого родимого пятна.
— Как правило, люди смотрят, но не видят, — заметила мисс Уиллс.
— Где именно было это пятно? И какой оно величины?
— Пожалуйста, покажите ваше запястье.
Сэр Чарлз протянул руку.
— Благодарю вас. Вот тут.
Мисс Уиллс уверенно притронулась пальцем к тому месту на запястье сэра Чарлза, где, по ее мнению, было родимое пятно.
— Величиной примерно с шестипенсовик, а по форме оно напоминало Австралию.
— Спасибо, я все понял, — сказал сэр Чарлз, опуская манжету.
— Думаете, я должна написать об этом в полицию?
— Конечно. Вы дадите им в руки самую важную примету. Ведь в детективных романах, черт возьми, злодей всегда помечен каким-нибудь особым родимым пятном. Так неужели жизнь менее изобретательна, чем убогая фантазия какого-то писаки!
— В романах обычно фигурируют шрамы, — задумчиво проговорила мисс Уиллс.
— А чем, собственно, хуже родимое пятно?
Сэр Чарлз, казалось, был страшно доволен собой, совсем как мальчишка.
— Вся штука в том, — заявил он, — что люди, за редким исключением, ужасно безлики. Ну просто не за что зацепиться.
Мисс Уиллс вопросительно посмотрела на него.
— Возьмите, например, Беббингтона, — продолжал сэр Чарлз. — Какая у него наружность? Да никакая. Даже нечего вспомнить.
— Ну нет, у него были очень выразительные руки. Я бы сказала, руки ученого. Красивые длинные пальцы, правда, немного тронутые артритом, и на редкость изящные ногти.
— Вы необычайно наблюдательны. А впрочем, неудивительно, вы же давно его знали.
— Кого? Беббингтона?
— Ну да, он сам мне говорил. И даже место называл, не могу сейчас вспомнить какое.
Мисс Уиллс покачала головой.
— Нет. Должно быть, вы меня с кем-то путаете, — решительно сказала она. — Или мистер Беббингтон ошибся. Я его никогда прежде не встречала.
— Нет, верно, я ошибся. Подумал, может быть, в Джиллинге…
Он испытующе смотрел на мисс Уиллс. Она невозмутимо выдержала его взгляд:
— Нет.
— А вам, мисс Уиллс, не приходило в голову, что его тоже отравили?
— Я слышала, что вы с мисс Литтон Гор склонны так думать. Вернее, не столько она, сколько именно вы.
— А.., гм.., что думаете вы?
— Маловероятно.
Немного разочарованный полным равнодушием мисс Уиллс к его версии, сэр Чарлз переменил тему.
— Скажите, не упоминал ли сэр Бартоломью о миссис де Рашбриджер?
— Нет. Сколько мне помнится, нет.
— Это его пациентка, лечится у него в санатории. У нее нервное потрясение и потеря памяти.
— Об амнезии он действительно упоминал. Говорил, что можно загипнотизировать больного и вернуть ему память.
— Стало быть, говорил? Интересно, имеет ли это отношение к делу?
Сэр Чарлз задумчиво хмурился. Мисс Уиллс молчала.
— Не могли бы вы припомнить еще что-нибудь? О других гостях, например? — заговорил наконец сэр Чарлз.
Ему показалось, что мисс Уиллс немного замялась.
— Нет, — сказала она.
— О миссис Дейкерс? О капитане Дейкерсе? О мисс Сатклифф? Или о мистере Мендерсе?
Сэр Чарлз напряженно вглядывался в лицо мисс Уиллс.
Ресницы ее слегка дрогнули за стеклами пенсне. Впрочем, может быть, ему просто показалось.
— Боюсь, мне нечего больше вам сказать, сэр Чарлз.
— Ну что ж. — Он встал. — Саттертуэйт будет разочарован.
— Весьма сожалею, — чопорно произнесла мисс Уиллс.
— Мне тоже жаль, что напрасно вас обеспокоил. Вероятно, вы работали?
— Да, я писала.
