Данным приказом Петросовет сразу упрочил своё пока что весьма шаткое положение — теперь он мог опираться на штыки петроградского гарнизона, тем более что Временный комитет от большого ума распустил полицию и жандармерию.
Естественно, приказ просочился и на фронт, там его тоже восприняли “на ура”, и началось такое… Зато подавления революции военной силой можно было больше не опасаться по причине того, что военная сила стремительно переставала быть таковой.
Временное правительство умело всё — выдвигать одну за другой теории спасения России, устраивать обсуждения, говорить речи. Не умело оно лишь одного — работать. Не по злому умыслу, а просто потому, что господа парламентарии о том, как функционирует государство, представление имели весьма умозрительное. В руках царя дело казалось простым — знай крути руль да нажимай педальки, — а на деле машина всё время почему-то ехала куда-то не туда…
А снизу правительство подпирали Советы, которые теперь стали оппозицией и критиковали каждый их шаг, то есть занимались точно тем, чем до переворота занималась сама Государственная дума.
Естественно, ни о каком мире не могло быть и речи, и единственное, что объединяет все составы Временного правительства — это “война до победного конца”. Что касается земли, тут мотивы сложнее: в принципе, если бы она по-прежнему принадлежала помещикам, её можно бы и отдать, как пятью веками раньше сбрасывали с крыльца на копья какого-нибудь захудалого боярина, чтобы остудить ярость толпы. Но большинство крупных имений к тому времени были заложены в банки, а за банками стояли отчасти сами думцы и их друзья, а отчасти те же союзники, то есть хозяева…
Будьте уверены, возникшими “ножницами” Советы, а особенно большевики, пользовались очень эффективно. У “временных“ была возможность на собственной шкуре ощутить, каково было Николаю II накануне отречения и почему он, сбросив с плеч власть, выглядел таким весёлым и даже радостным.
Первый кризис настиг Временное правительство уже в апреле, когда оно заявило о намерении быть верным “союзническим обязательствам” и продолжать войну до победного конца. Реакция населения оказалась настолько острой, что Милюкову и Гучкову пришлось подать в отставку. Тогда же в правительство вошли первые социалисты: меньшевики и эсеры. Ну, а потом покатилось. <…>
Временное правительство ничего не смогло противопоставить «Приказу № 1». Зато, едва придя к власти, оно затеяло чистку командного состава, исходя из того, что в новой революционной армии должны оставаться лишь идеологически правильные командиры. Они и остались — без учёта способностей. Естественно, снабжение при этом не улучшилось, ибо бардак сказался в первую очередь на управлении. Голодную и раздетую армию кормили красивыми речами о войне до победного.
