— Это просто свет солнца так преломляется и распадается на семь частей спектра. — Произнес Петя. — И взобраться по ней не получится — радугу видно только с определенной точки фокуса.
Эста надула губки, обидевшись на черствого орка, который одной фразой разрушил ее мечты и фантазии, впрочем, Петя это не заметил. Мужики все одинаковы, подумала девушка, приступая к операции, что орки, что не орки, грубые и совершенно ничего не понимающие в красоте природы и романтике. Вместо того, чтобы помечтать вместе с ней он несет какую-то ересь про «сектор» и «фолус». Сержант улегся поудобнее и не заметил, как его сморил сон, тем более, что пальцы девчонки так приятно гладили тело, усыпляя его. Эста работала сосредоточенно, пока ее рука не дернулась от всхрапа орка — тот бессовестно спал.
— Вот же свинья! — с досадой произнесла она. — Ему швы снимают, а он спать изволит!
— Что такое, дитя? — спросила, подходя, Сегина, которая издали заметила, что Эста режет орку живот и поспешила проверить, не сошла ли с ума ее ученица.
— Он попросил швы снять, а сам спит! — пожаловалась та.
— Ну, его можно понять, — улыбнулась знахарка. — Почти всю ночь на ногах, да еще и день, махал в кузнице молотом, вот и умаялся. Но зачем снимать швы так рано? А, вижу, кожа уже срослась и даже зарубцевалась. Все же живучие они твари, эти орки.
Где-то на таможенном дворе взревело воем жуткое чудовище и начало порыкивать. Эста встрепенулась, забыв про узелки, орк проснулся и резко поднялся на лавке, да так, что острие ножниц воткнулось ему в живот и потекла струйка черной крови. Девушка ойкнула и с ужасом смотрела на то, как инструмент протыкает зеленую плоть. Петя поглядел на торчавшие из живота ножницы и державшую их девичью руку, аккуратно вынул из себя и погрозил пальцем.
— Я же попросил снять швы, а не резать меня. — Он поискал глазами чистую тряпицу, чтобы заткнуть рану. Брюшные мышцы прекрасно предохраняли внутренние органы от повреждений, а кожа на животе была плотнее, просто острием ножниц девушка угодила в рану.
— Это случайно! — начала оправдываться Эста, держа окровавленный инструмент в руке. — Там заревело какое-то чудовище, а ты… вы резко встали и…
— За случайно бьют отчаянно. — Ответил орк, затыкая пальцем рану, за неимением бинта. — Сегина, ты умеешь зашептывать такие раны?
— Конечно. — Знахарка пошевелила губам. — Но действует это только на людей, у орков другие образы крови, тут нужно сначала их изучить, а уже потом пробовать лечить.
Черная кровь уже сама свернулась и запеклась коркой. Петя отнял палец и осторожно потрогал новую рану.
— Все здесь так и хотят меня убить. — Он посмотрел на Эсту, в глазах которой стояли слезы от раскаяния содеянного. — Эй, ты чего, все нормально, я не сержусь на тебя.
— Я случайноооо!!! — завыла та и заплакала еще сильнее и Петя недоуменно уставился на Сегину, спрашивая глазами, что делать?
— Болван. — Ответила та. — Пойдем, девочка моя, ничего с этим чурбаном не случится, остальные швы сам снимет. Снимешь?
— Конечно. — Петя попытался взять маленькие ножнички своими крупными пальцами. — Если получится.
— Гоблина попроси. — Посоветовала знахарка, уводя девушку.
— Попрошу. — Петя встал и вернулся в кузню — надо было доделать огнемет. Он положил ножницы в карман да и забыл про них.
Испытания топлива прошли успешно — танк завелся, чуть покоптил дымом и стабильно заработал, высосав полведра чуть ли не за минуту, так что пришлось Тормозу его заглушить, как только Мелкий заорал, что топливо заканчивается. Танкисты собрали все как было, проверили герметичность шлангов и трубок, залили полные баки преобразованного топлива, перелили сколько могли в железные бочки, а осадок, которого оказалось не так уж и много, решили использовать в качестве масла. Конечно, там не было моющих и прочих присадок, но как смазывающее вещество оно вполне годилось. Не гудрон конечно, консистенция жидковата, но для шарнирных соединений или парового двигателя вполне сойдет. Мелкий на радостях прибежал к Пете в кузню и, брызгая слюной, рассказал в красках, какое случилось чудо, что все отлично работает и им еще километров на 500 хватит горючки. Сержант кивнул и продемонстрировал собранный огнемет. Был уже вечер, солнце закатилось за гору, однако народ еще шарахался по крепости по своим делам.
— Когда проведем испытания? — спросил гоблин.
— Да хоть сейчас. — Ответил Петя, выходя из кузни.
