Смежное со складом подсобное помещение представляло собой крохотную тесную хорошо освещенную люминесцентными лампами комнату. Специально для нужд охраны, роль которой исполняли контролеры, здесь был установлен некогда предназначавшийся для разделки мяса металлический стол с небольшим компьютерным монитором, на котором постоянно отображались данные с установленных в торговом зале камер видео наблюдения. Помимо этого слева, имелся еще один менее брутальный, обычный деревянный столик. На нем помещались подключенные к розетке микроволновка и чайник. А сидящий за ним на узком табурете Коля, чавкая уплетал домашний суп, черпая его ложкой из семьсот пятидесяти граммовой стеклянной банки.
Завидев его, втаскивающая на пару с Денисом Сергеевичем в комнату бледную, словно саван скрученную незнакомку с заломленными за спину руками, Юля распорядилась:
– Коленька подмени покамест в зале Дениса минуток на сорок.
– Не вопрос! – Скоро дожевывая хлеб и отставляя банку в сторону, ответил Николай.
Тем временем мерзавку усадили на стул в центре комнаты. Она уже не пыталась сопротивляться внутренне смирившись со свершившимся фактом, однако Денис Сергеевич все равно продолжал крепко держать в сгибе локтя ее руки. Юлия опустилась посаженной пленницей на порточки, поравнявшись с нею взглядом. В тонких ухоженных украшенных маникюром пальцах молодой женщины блеснули канцелярские ножницы, от чего в следующий миг коричневая ткань подкладки затрещала.
– Что вы делаете? Не смейте! – Взвизгнула протестующе женщина.
Она попыталась было вскочить, но Денис Сергеевич держал ее крепко, а из образовавшейся в подоле шубы дыры уже посыпались валом железные маленькие баночки с готовым детским питанием….
– Сцапали таки суку! – Восторженно воскликнул уже в дверях Николай, покидая комнату.
Но не успела за ним захлопнуться дверь, как вбежала щупленькая низкорослая женщина средних лет, с убранными на затылке в объемную кичку черными точно смоль волосами. Импульсивная по натуре она быстрым шагом обошла пару раз вокруг удерживаемой на стуле преступницы, брезгливо рассматривая ее придирчивым надменным прищуром внимательных глаз. Хотя в задержанной ничего особенного не было. Вязанная серая кофточка поверх светлой блузки, темно-синие стрейчевые, подчеркивающие неплохую фигуру, джинсы, коротко стриженные вьющиеся русые волосы, нависающие шапочкой над круглым мясистым лицом.
– Будите вызывать полицию? – Наконец проронила, обращаясь к администратору заведующая.
– Екатерина Андреевна, а есть ли в том смысл? – Пренебрежительно скривилась Юля. И указывая на сидящую, тут же пояснила. – Она украла всего одиннадцать банок детского питания. Да полицейские даже заморачиваться ради такого не станут.
– В этом ты права! – Сокрушенно признала заведующая. – Что же нам тогда с нею делать?
– Самим как следует отвадить эту паскуду! – С полнейшей решимостью заявила молодая женщина.
И дав добро, а точнее молчаливое согласие, Екатерина Андреевна столь же стремительно, как и вошла, удалилась из комнаты. Отчетливо понимая то что здесь сейчас должно произойти и определенно не желая к тому быть причастной…..
И как только за ней затворилась дверь, Юлия распечатала первую банку детского питания.
– Открывая рот дрянь! – Громко, гневно скомандовала она женщине. – Собака бы тебя понюхала!
Женщина послушно разинула ротовую полость, в которую, не медля было вывернуто все содержимое сто пятидесяти граммовой банки.
– Глотай тварь!
Смесь была тошнотворно пресной и безвкусной, отчего женщине пришлось сделать над собой изрядное усилие.
Однако за первой последовала вторая банка, а за той третья, четвертая, пятая, шестая…..
– Я больше не могу! – Взмолила женщина.
На что, за место ответа, Юля залепила негодной мощную оплеуху, огласившую пространство хлестким звоном, и зардевшуюся на ее щеке пурпурным румянцем.
По существу, будучи по натуре человеком весьма злобливым, администратор всего на всего пользуясь положением, вымещала на попавшейся с поличным весь свой гнев, на который только была способна. Она издевалась и била потому что ненавидела. Ее жестокость по природе была местью сидящей перед ней дряни, за то, что та посмела красть в ее магазине…, у ее подчиненных…. Юля не была садисткой, в отличие от удержавшего женщину на стуле Дениса Сергеевича, в этот момент с трудом сдерживающегося чтобы не кончить в штаны от охватившего сексуального возбуждения…..
После восьмой банки питания женщину вырвало. Причем столь неудачно, что своей рвотной массой она забрызгала рукав белоснежной блузки Юлии.
– Вот зараза! – Выругалась молодая женщина. Она посмотрела на контролера. – Сам, пока меня не будет, справишься?
Денис Сергеевич утвердительно кивнул.
– Что ж я пойду тогда скоренько замою то, чем эта курица меня запачкала, а ты заставь ее сожрать все оставшееся. – С этими словами Юля быстро удалилась оставив женщину наедине с богом.
Да, Денис Сергеевич был богом. Даже превыше бога. И эта ничтожная тварь должна сейчас понять, осознать, что перед нею предтече бога! Тот, что держит в длани ее никчемную жизнь….
