Трамвай в саду полностью

Ухо включил зажигание, мотор заработал, маленькая ловкая машина съехала по наклонному помосту с трамвайной площадки и покатилась по больничному саду к пролому в ограде.

– Ту-ту, поехали! – радостно воскликнула девица. – А вы, дяденьки, добрые!

Через минуту машина с беглецами уже мчалась по улице. Она стремительно проехала по набережной Фонтанки, свернула на Калинкин мост, выехала на Садовую.

– Тебя где высадить? – спросил Маркиз, повернувшись к Мальвине.

– Да вот хоть там, на углу! – Девица неопределенно махнула рукой.

Ухо притормозил. Девушка ловко выскочила из машины, в последний момент сорвала с Рвакли его клоунскую кепку и напялила на свою разноцветную шевелюру.

– Это на память! – Она помахала рукой и побежала к подворотне. – До свидания, дяденьки!

– Эй, постой! – крикнул ей вслед Рвакля. – Стой, Мальвина! Говорю тебе, стой!

Ухо нажал на газ, и машина помчалась вперед.

– Постойте! – не унимался Рвакля. – Остановитесь!

– Некогда, – отмахнулся Маркиз. – У нас еще много дел!

– Да остановитесь же! Она убежит! Вот... уже убежала!..

Действительно, Мальвина скрылась в подворотне.

– Что, эта особа произвела на тебя неизгладимое впечатление? – осведомился Маркиз. – Уверяю тебя, девушка с таким вспыльчивым характером не будет для тебя хорошей подругой... ты один раз уже допустил ошибку в выборе спутницы жизни, но второй раз наступать на одни и те же грабли недопустимо...

– При чем здесь грабли? – вздохнул Рвакля. – Она унесла мою кепку... – И он мрачно замолчал.

– Кепку? – равнодушно переспросил Леня. – Тебе эта кепка очень нравилась? Я куплю тебе другую, только чтобы ты не расстраивался... если хочешь, я куплю тебе десять кепок, таких же дурацких клоунских кепок, как эта...

Рвакля по-прежнему молчал.

Это молчание становилось тяжелым и мрачным, как растущая на глазах грозовая туча.

Маркиз подозрительно взглянул на него, нахмурился и вдруг воскликнул:

– Ухо, стой!

Тормоза жутко скрипнули, машина остановилась. Ухо ударил кулаком по рулю, повернулся к приятелю:

– Сколько раз я просил – не кричи на меня, когда я за рулем! Ну, что еще случилось?

– Это вот он нам сейчас скажет! – напряженным голосом проговорил Маркиз. – Рвакля, что произошло? Ты хочешь сказать, что в этой чертовой кепке...

– Ну да! – отозвался Рвакля, скривившись. – Я же вам говорил – остановитесь! Но вы разве меня когда-нибудь слушаете? Вы же только себя слушаете!

– Очень хочется дать тебе в морду! – процедил Леня.

– Эй! – забеспокоился Рвакля и попытался отодвинуться, но места сзади было мало, так что бывшему бомжу это не удалось.

– Кто-нибудь объяснит мне наконец, что случилось? – недовольно осведомился Ухо.

– В этой кепке... – процедил Маркиз. – Если я правильно понял, в этой дурацкой клоунской кепке была спрятана та самая монета, из-за которой мы городили весь этот огород. Та самая монета, ради которой мы вытащили нашего бледнолицего друга из психушки. Я прав?

– Ну да... – неохотно согласился Рвакля. – Я спрятал ее в кепку, за подкладку...

– Черт! – Маркиз в сердцах ударил кулаком по дверце машины. – Черт, черт! Опять все зря! Какаято неуловимая монета!

– Это, значит, я зря доставал трамвай? – грустно проговорил Ухо. – Зря угонял эту чудную машинку? Зря разработал такую операцию? А как красиво все было задумано!

– Ну почему зря? – возразил Рвакля с фальшивым оптимизмом в голосе. – Вы же вытащили меня из психушки!

– Вот именно! – мрачно ответил Маркиз. – Только проку от этого никакого! Нужен ты нам был без монеты, как рыбе галоши или как собаке акции «Майкрософта»!

– Ну, хоть на этой машине покатались... – протянул Ухо задумчиво. – Послушайте, а может, ее еще можно поймать? Вряд ли она успела далеко убежать!

– Это вряд ли... – вздохнул Рвакля. – Мальвина в этих дворах – как рыба в воде... ее теперь никакими силами не поймаешь!

– Постой! – насторожился Маркиз. – Вообще, что ты про нее знаешь, про эту Мальвину?

– Ну, так, кое-что... – Рвакля замялся. – В клинике скучно... Ну, в шахматы сам с собой играл, а больше делать было нечего, ну, я слушал, что санитары болтают... Притворюсь, что окосел, а сам подслушиваю потихоньку...

– И что же они болтали?

– Что она, Мальвина, – дочь богатых родителей, но с детства была совершенно неуправляемой, а как подросла – вообще сошла с катушек. Мамаша у нее вроде погибла, когда ей шесть лет было. На машине разбилась. Ну, девка и распсиховалась после этого, хотя одна медсестра в карточку ее посмотрела, а там прямо написано, что чуть не с рождения ребенок немотивированно агрессивен. Игрушки ломала, котенка до смерти замучила и так далее...

– Это я не уважаю, – нахмурился Маркиз.