Мы сообщаем о следующих событиях:
Между 11:53 и 11:56 часами утра во дворе Лувра напротив главного входа мы распишем четыре бумажных поверхности на следующие темы:
1-я. Двести китайцев играют в шахматы.
2-я. Двести одиннадцать китайцев играют в шахматы.
3-я. Двести тринадцать китайцев играют в шахматы.
4-я. Три китайца играют в шахматы.
Между 12:22 и 12:24 на площади Согласия ещё три поверхности:
1-я. Два китайца.
2-я. Два китайца.
3-я. Один китаец.
Между 12:47 и 12:48 под Триумфальной Аркой площади Этуаль:
1-е. Первое чествование Жоржа Матьё.
2-е. Второе чествование Жоржа Матьё.
Речь идёт о законченном акте живописного творчества, реализуемом в согласии с древней, человеческой, качественной, механической, потенциальной, абсолютной, незаметной и произвольной эмоцией.
Работы осуществлены совместно авторами:
Антони Англе ( Барселона), Владимир Слепян (Москва)
И для полноты результата мы обязуемся повесить 50 полотен в одной из галерей и расписать их за 24 часа до выставки. Мы отправляем копию письма всем персонам и организациям, отвечающим за этот вопрос в следующих городах:
Анкара, Афины, Багдад, Барселона, Белград, Буэнос-Айрес, Будапешт, Каир, Кёльн, Копенгаген, Франкфурт, Хельсинки, Ленинград, Лиссабон, Лондон, Мадрид, Мехико, Милан, Монреаль, Москва, Нью-Дели, Нью-Йорк, Осло, Париж, Прага, Рио-де-Жанейро, Сан-Паулу, Стокгольм, Токио, Вена, Варшава, Цюрих.
Суть акции «Китайцы играют в шахматы» состояла в создании картин двумя художниками в самых популярных точках — «нервных узлах» Парижа — на глазах у изумленных туристов и прохожих. С интервалом в три минуты — около Лувра, с интервалом в две минуты — на площади Согласия и одной минуты — на площади Звезды. Соответственно, это были три больших полотна (их размеры варьировались от 100х90 см до 300х90 см), созданных в технике свободного мазка, на манер лирической абстракции[82]. Жест одного художника чередовался с жестом другого, мазок становился произвольным и анонимным, обрекая работы на потерю индивидуальности. Произведение искусства впервые было отрицанием, материализацией чистого действия, событием. Газета
Проблемой, больше всего интересовавших Англе и Слепяна, было «отрицание живописи как занятия, как принуждения», в противовес «свободному художественному действию свободных людей». Анонимность, разрушение индивидуальности, смысл действия как чистой энергии. В письме своему другу Жузепу Льоренсу от 5 января 1960 года Антони Англе пишет: «В действительности мы должны сами разрушить свое творчество. <.. .> Надежда, которую я могу дать тебе, в том, что, лишь разрушая его, ты сможешь убежать от самого себя. Если же ты, наоборот, будешь созидать, возникнет опасность выработать вкус или эстетику, которая будет главенствовать над тобой. <…> Мои мысли опережают мою живопись. <…> Есть деконструкция разума, она не ведёт ни к чему; противоположная ей страсть — самая опасная, так как ведёт к ослеплению и гордыне; но есть и другая, лучшая, она как
