– Почему я об этом говорю? Потому что, по моему опыту, вас уже сегодня могут взять в ротацию и начать раскручивать определенные силы… Вы же всем интересны с вашими взглядами – власти, оппозиции, националистам, домохозяйкам… да всем! Свежая кровь. Возьмите утренний репортаж… по моей информации, это камень в огород губернатора от его противников, и вы здесь – просто средство. Но на этой волне можно подняться очень высоко…
– Семья меня в любом случае поддержит. Но… ведь я правильно понимаю, что это скорее про меня и мои амбиции?! – после этого риторического вопроса он на мгновение задумался. – Я не вижу причин не использовать момент. Риски, нагрузка – это всё равно поступательное движение, вектор развития, а это хорошо. Выдержу ли? Не знаю. Смогу ли сохранить человеческое лицо? Точно буду стараться…
Порыв ветра ударил в стекло брызгами мелкого дождя, и в тени тучи умные лампы сразу заботливо загорелись над столами теплым, уютным светом. Случайные прохожие еще около 40 минут могли видеть за стеклом кафе двух молодых людей, активно беседующих друг с другом. Когда же разговор закончился, мужчина помог даме надеть пиджак, подошел к барной стойке и сразу прикоснулся телефоном к ридеру:
– Я заплачу!
– Не стоило, я не настолько бедный журналист.
– Ну, всё же…
Понимая, что пора завершать разговор и возвращаться к рабочим делам, они обменивались последними фразами уже на пути к выходу.
– Андрей, вы не будете против, если я всё-таки выпущу материал с вами? Без согласования, уж простите.
– Не знаю почему, но я вам верю, Дарья! Поэтому – да, я согласен.
Выйдя на улицу, она раскрыла зонт, а он остался под козырьком кафе, планируя добежать до подъезда.
– Тогда мне остается дать вам последнее напутствие: не спешите отдавать свой голос какой-нибудь силе – а они накинутся сразу, – она положила руку ему на сердце, – набивайте цену себе самому. И не изменяйте себе, у вас всё получится!
– Спасибо.
– Мой номер у вас есть. Не теряйте и звоните, когда будет проблема выбора. Но предупреждаю – я могу не отвечать. До свидания!
– До свидания, было приятно пообщаться!
– И да… будьте активны в соцсетях.
Дарья развернулась, быстро скрылась за углом здания, энергичной походкой добежала до машины, ожидавшей в квартале вниз по переулку, резко плюхнулась на заднее кресло, которое, как по команде, выдвинуло подставку для ног и приняло анатомическую форму знакомой фигуры хозяйки, и слегка запыхавшимся, возбужденным голосом надиктовала в телефон:
– Рен, я знаю, ты слышал в облаке! Даже если не слышал, знай – я его запускаю! Расшифровку уже делают.
Вечером того же дня, когда семейные люди уже ложатся спать, по соцсетям разлетелась статья «Субботний герой: человек, который остался человеком», и мир узнал, кто такой Андрей Константинович Моряков.
6 июня
«
К четвергу наш герой впервые почувствовал и в полной мере ощутил объем собственного самолюбия, виной чему было постоянное внимание со стороны знакомых, коллег, рабочих партнеров и СМИ. По стечению обстоятельств, в общественных местах он за это время не появлялся – и слава Богу, потому что народной любви ему хватало и без тысяч рукопожатий. Дошло до того, что прошлой ночью он был вынужден выключить телефон, который даже на беззвучном режиме раздражал загорающимся каждые несколько минут экраном.
Одновременно всё это внимание придавало сил. Андрей дал пару телефонных интервью и получил огромное количество слов поддержки в соцсетях. Но главное – его полностью поддержали друзья и родные.
Когда сегодня утром он от лица компании участвовал в круглом столе по вопросам развития медицинского кластера на Неделе здравоохранения в Государственной Думе РФ, к его мнению был повышенный интерес, в отличие от всех прошлых встреч.
На мероприятии Андрей снова убедился в оторванности власти от реальной жизни: пока депутаты и их помощники говорили о важности принятого ими на днях после двух лет обсуждения законе об электронных медицинских картах и перспективах, которые он открывает, специалисты из реального сектора тихим криком отвечали им, что этот закон нужен был лет пять назад, а сейчас электронная история болезни уже есть во всех уважаемых клиниках, а до государственных больниц и поликлиник не дошла как раз из-за законодательной «улитки» и непрофессионализма при создании единой медицинской информационной системы.
Дискуссия, после нескольких таких выступлений «от сохи», сколько ни пытались удержать ее модераторы в русле «успехов отрасли», естественным образом сместилась в сторону недостатков медицины в целом.
