Анатолий МАЛЫШЕВ
ТРАНСМИГРАНТ
Поклонники целесообразности, милые фаталисты рационализма все еще дивятся премудрому "кстати", с которым являются таланты и деятели, как только на них есть потребность, видавши света, сколько способностей, готовностей - вянут, потому что их не нужно.
А. И. Герцен. Былое и думы.
БУДНИ РАБОТНИКА ТРАНСМИГРАНТА
Прошло, наверное, около часа, пока я дожидался Христоперского - веселое занятие в осеннем холодном коридоре!
Многие наши сотрудники судят о человеке только по первой встрече: если не могут уговорить на трансмиграцию сразу, то больше никогда к нему не возвращаются. Трансмиграцией мы называем переселение людей на другие планеты.
Я подхожу к человеку многократно, не считаясь с личным временем, когда интуитивно чувствую, что из него выйдет толк в сфере освоения Галактик. Обычно человека трудно вырвать из стойкого круга жизненных связей, этого своеобразного психологического аквариума, именуемого бытовой экологической нишей. Такого человека нужно основательно встряхнуть, замутить гладь аквариума, чтобы понял: он использует свои способности не там, где его ждет наибольшая отдача, наилучший результат. Обидно, когда рутинное существование вовлекает в свой ритм подобную личность.
Вот Христоперский! Считается хорошим математиком. А у меня есть данные, что он может сыграть важную роль в освоении новой планеты в Сплюснутой Галактике. Именно поэтому я неоднократно возвращаюсь к этому человеку. Мне хочется, чтобы он увлекся перспективами освоения, понял, что там нужны именно такие люди, как он. Но Христоперский остается равнодушным. Лучше бы он возненавидел меня. И от ненависти, от нежелания встречаться со мной - подписал бы контракт.
Ненависть, как любовь, - мощный стимул!
У меня на покорение, завлечение или вербовку, можно называть по-разному, уходит пять-шесть месяцев. Это небольшой срок, хотя план требует двух-трех месяцев. Интересно, кто составляет эти планы? Чего, к примеру, стоит один только подход к человеку с подобным предложением! Представьте, к вам подойдет работник какого-то Трансмигранта и скажет, что работаете вы не на своем месте, способности ваши пропадают втуне, и вообще, вы живете не так,как надо! И что вы на это ответите?! Нет, сколько душевных сил, сколько изобретательства, сколько энергии требует моя работа! Сколько перевоплощений в буквально отрицающие друг друга ипостаси приходится принимать мне...
Я сильно продрог, когда наконец пришел Христоперский.
Открыв дверь, он протянул мне пять рублей.
- Как всегда? - спросил я. Он кивнул. "Как всегда" означало: двести граммов голландского сыра, два батона, бутылка кефира и пачка сахара.
- Зверски устал, - сказал Христоперский, когда я принес из гастронома продукты. - Меня скоро доконает новая ЭВМ. Выкидывает столько вариантов - с ума сойти! Можно ли при такой массе вариаций составить единственную изящную программу биогенеза? - Он раздраженно бросил пиджак на спинку стула.
Я сочувственно кивнул:
- Знаешь, Вася, хоть это и не в моих интересах, я бы посоветовал тебе дать посмотреть эти варианты какому-нибудь дилетанту, профану. Взгляд со стороны иногда дает такой эффект! Бывает, посторонний взгляд иногда замечает то, что для целенаправленного, но утомленного внимания - пустое место. Поговори-ка с соображающими людьми.
- А где мне взять такого? Все шарахаются: никто не хочет ассистировать эвээмщику. Хотя... Послушай, Николай Борисович! - Вдруг радостно воскликнул он, больно хлопнув меня по плечу. - Вот ты бы и посмотрел! Где уж мне найти большего профана, извини, соображающего дилетанта, чем ты?
Сначала я хотел обидеться, но сразу оценил: Христоперский злится! Ага! Скоро он возненавидит меня!
Я согласился посмотреть вариации ЭВМ, мое согласие завершит подготовку Христоперского к трансмиграции.
Мы поджарили яичницу с колбасой.
Вася доел последний кусок колбасы, вздохнул:
- Поскорее закончить бы программу биогенеза. Раньше мне хоть Нина помогала.
Это удача! Нина, двоюродная сестра Христоперского, отсутствует. Ох, как она мешала моей работе, сколько раз свое деловое обаяние и красноречие я безотчетно тратил на нее: она понравилась мне с первого взгляда.
Работа в Трансмигранте очень тяжелая, чего только не приходится переносить: оскорбления, насмешки. Тот же Вася, к примеру. Однажды так толкнул меня с лестницы, что я вывихнул при падении левую руку.
И вот сегодня, когда не было Нины - Христоперский примирился с моим существованием.
- Вот что, Васенька, - деланно-безразличным тоном предложил я. - Давай посмотрю твои программки биогенеза, а ты уж подпиши контракт!
- "Программки"! - взорвался Христоперский, с ненавистью глядя на меня. - А! - Вот сейчас он должен бы крикнуть: "Пропади все пропадом!", но вдруг взял себя в руки: - Завтра. Нина приедет, тогда мы договоримся, Николай Борисович!
Нежелателен приезд Нины. Радостное ожидание ее взгляда заставило меня вздрогнуть: великий космос, неужели и мое сознание, специально тренированное, поддается неконтролируемому обаянию женственности?
