— Концы большие были? Красный Строитель?
— Не был. Малые Каменщики, Медведково, Домодедово… — он поставил
Аэропорт последним. Может, потому, что путь туда проходил поблизости от места происшествия.
— Значит, в районе Варшавского шоссе были? — Денисов заинтересовался.
— В восьмом часу вечера…
«За час с лишним до несчастного случая… — подумал Денисов. —
Случайное совпадение?..»
— «Запорожец» Белогорловой не встретился? Она тоже была на Варшавке.
— Я слышал. Нет, не встретился.
Продолжать не было смысла, Денисов снова изменил тему разговора:
— По-вашему, Белогорлова хорошо водила машину?
Гладилин осторожно вздохнул:
— Неплохо.
— Могла она поручить кому-то машину, чтобы самой поехать поездом? —
Денисов поправил бумаги на столе. — Условия езды вчера были тяжелые… Как думаете?
— Трудно сказать. Погода, конечно, мерзопакостная.
— Может, вы знаете, кто из ее знакомых лучше, чем она, водит машину?
Есть такие?
Гладилин посмотрел на инспектора, помолчал.
— Имеете в виду меня?
— Но в это время вы были в другой части города.
— В это время? — он завозился на стуле. — Про это время я, по-моему, ничего не говорил…
Ремонтировавшееся здание в грудах отсыревшего кирпича и щебенки выглядело днем скучным, лишенным ночного ореола таинственности. Вместо зиявших накануне оконных глазниц в одном и в другом месте виднелись вновь вставленные рамы. Несколько рабочих возились у приставленных к стене досок. Начинался обед — со двора в направлении стеклянной шашлычной тянулись люди.
Не привлекая внимания, Денисов вошел в подъезд.
Попавшийся навстречу парень в каске, в пыльной робе равнодушно посмотрел на него. По проложенным от входа мосткам Денисов прошел к лестнице, где накануне лежал подобранный им игрушечный скоморох в шутовском колпаке с оборванным бубенцом, стал подниматься по ступенькам.
На втором этаже мусора было меньше, в падавшем из окна морозном свете струилась мелкая кирпичная пыль.
«Дом реконструируется полностью…» Не надо было быть специалистом, чтобы об этом догадаться.
Вернувшись во двор, Денисов увидел у дома напротив старичка в затрапезной шапке, в полушубке. Развлекаясь, старичок суковатой палкой подбивал ледышки на тротуаре. Гуляющих под окнами было мало. Молодая женщина в шубе толкала в подъезд детскую коляску.
— Совсем весна, — сказал Денисов, подходя к старичку и здороваясь. — Вы здесь живете?
— Здесь, — старичок оставил ледышки. — Это мой дом, — он был не прочь поговорить. — Знаете, как предки определяли понятие «дом»?
Денисов внимательно посмотрел на него.
— Не беспокойтесь: я в своем уме! Пока! — старичок хрипло засмеялся. —
«Дом — это место, где человек имеет жительство и хранит свои книги».
Заметьте: про вещи не говорится!
— Не знал, — Денисову старичок понравился. — Значит, ваша библиотека в этом доме?
— Здесь, — он задрал голову, насколько позволил воротник нового полушубка. — Давно ли посадили топольки? А уже под второй этаж! Вон те крайние три окна…
Денисов оглянулся: окна были далековато от подъезда, из которого он только что вышел.
— Когда думают отремонтировать? — Денисов кивнул на дом.
— Не знаю!.. — Старичок по-своему истолковал интерес к ремонтирующемуся зданию: — И зиме конец, а воз и ныне там!
Такой оборот разговора Денисова устраивал.
— А как вы считаете? — спросил он.
— Видите ли… — В голосе старичка Денисову послышалась такая обстоятельность, такое далекое, что он не удивился бы, назови его собеседник по-солоухински «сударь»— или даже «господин хороший». Но на обстоятельность, по-видимому, не хватило сил, поэтому старичок ограничился коротким: — Как они работают, так еще и на зиму останется!
— Начальство поторапливает?
— Приезжает.
— Вчера здесь машина стояла… — напомнил Денисов.
Старичок кивнул:
— Это не начальство. Я видел. Начальство не приезжает, когда рабочих нет.
— Значит, бывший жилец!
— Тем квартиры уже дали.
— Тогда будущий. — Денисов подумал. — С ним была молодая женщина в красном пальто с поясом, с сумкой…
— Нет, — покачал головой старичок. Он потер перчаткой лицо. По обвислому носу бежала сеть тончайших фиолетового цвета прожилок. — Этот был один. Он уехал в такси.
— Не в «Запорожце»? — переспросил Денисов.
— «Запорожец» я не видел.
— В девятом часу?
— Я в это время домой иду. Смотреть «Время», — старичок махнул рукой. —
Таксист стоял в восьмом часу.
Долго… С полчаса. Потом клиента взял. — Старичок посмотрел на
Денисова с доверием: — Думаю, не за стройматериалами ли приезжали? Клиент
— высокий, в полушубке. На дачу что-нибудь. Или на ремонт. Тут многие глаз кладут.
— В полушубке за стройматериалами? — усомнился Денисов.
— Кому как достаются полушубки, — старичок снова провел перчаткой по лицу. — Мне, например, сын купил в Малоярославце на рынке за двести рублей. Так я в полушубке в гости хожу… А сосед на работе получил, он теперь в нем собаку выводит! — старичок засмеялся.
— Значит, стройматериалы здесь есть, — удостоверился Денисов.
— И белила и плитка…
Из подъезда показался подросток, махнул рукой..
— Меня, — старичок дотронулся до шапки. — Заходите. Милости прошу.
