В моей голове крутились мысли о пагубности всего того, что я делаю, но желание испытать неизведанное пересиливало рациональное мышление. А Азалия уже разговаривала по телефону.
— Михаил Петрович, здравствуйте, Это Азалия. … Да спасибо, хорошо. Как вы поживаете?.. Тут у меня к Вам есть предложение, ко мне приехала подружка-транссексуалка, и мы могли бы встретиться втроем, как вы и хотели. Завтра вечером нас вполне устроит. Можем даже вместе провести ночь. Сколько стоить будет? Я думаю долларов пятьсот!
И тут она положила трубку и повернулась ко мне с торжествующей улыбкой.
— Он согласен! Завтра вечером у меня! Пятьсот долларов за встречу. Тебе 150, мне 350 — как инициаторше. Согласна?
Я закурила.
— Согласна.
— Вот и славно! — обрадовалась Азалия. А теперь может за наше славное знакомство мы чего-нибудь выпьем?
— Можно, — согласилась я.
— За пивом сходим? Тут рядом магазин!
Мы оделись и быстро сбегали за пивом. Весь вечер мы вдвоем пили пиво, а чтобы нам никто не мешал Азалия отключила оба своих телефона и сотовый и домашний и мы болтали о всякой ерунде. Азалия рассказала мне немного о себе.
Вообщем-то судьбы у всех транссексуалов почти одинаковые. Она тоже росла вдвоем с матерью. Мать почти все время находилась на работе и Азалия была предоставлена сама себе. Однажды, когда ей было лет 14 в один вечер все ее друзья, закончив игру в карты на столике во дворе, разошлись по домам, и она осталась вдвоем с одним из своих друзей. Он рассказал ей про свои подростковые мечты, что он хотел бы погладить по грудям одну знакомую девушку или скорее девочку. И попросил ее разрешить ему потренироваться на ней. А так как Азалия, тогда ее еще звали Русланом по складу характера была очень мягкой и безотказной, то она не нашла в себе силы ответить отказом другу. Внутренне она, конечно же, представляла себе позор отношений между мальчиком и мальчиком, но так как потеря друга ей нравилась меньше, она разрешила ему потрогать ее за грудь.
Ласкать детское нежное тело, так похожее на тело девушки ее другу понравилось, и он начал просить ее дать ему потрогать ее еще раз и еще раз. А вскоре она даже стала ловить наслаждение от прикосновений и сжатий. Однажды, после того как они позанимались этими своеобразными ласками, парень предложил Азалии выпить дома вина. А так как Азалия все — таки хотела быть «своим парнем», то она быстро влила себе внутрь два стакана вина. После двух стаканов Азалия легла на кровати, у нее закружилась голова, и ей было хорошо. Она была пьяной, а её друг в этот вечер был неповторим в ласках, которыми он одаривал ее. Теперь она уже как настоящая девчонка целовалась с ним, он говорил ей, что она красивая и любимая и тискал, тискал ее грудь и попу. На ее беду у того мальчика был старший брат, который приводил к себе домой девушек и занимался с ними там отчаянной любовью. Подсматривая за братом, тот мальчик затем увиденное пытался переложить и на отношения с Азалией — Русланом. Она приходила к ним домой, когда не было брата, и занимались тем, что пили самогон или вино, а затем он ложился на нее, и они ласкали друг друга. В самый разгар, когда ее парень лежал между неумело раздвинутых ног Азалии- Руслана, в комнату вошел старший брат Роман. Пьяный повеса одобрительно отозвался о своем младшем брате, как о состоявшемся мужике, подмигнул покрасневшей и сгоравшей от стыда Азалии и предложил всем выпить. После того как они выпили несколько рюмок, он осмотрев с ног до головы Азалию повертел ее кругом, пощупал груди, шлепнул по попе и резюмировал, что если бы это была баба, он бы Азалию тоже бы поласкал, как следует. Затем спросил своего брата, любит ли он Азалию (звали ее тогда еще Русланом) и со вздохом подвел итог, что раз чему быть, тому не миновать! Тогда надо уж любить друг друга по настоящему. Как он умеет любить девушек. Имелся в виду секс. Одним словом ее в этот вечер изнасиловали. Как парня или как? Или как? Этот вопрос стал для нее главным.
Азалия в тот вечер еле добралась домой. Попка горела огнем. А в душе тоже горел огонь. Она не понимала, как ее (она тогда ощущала себя парнем, хотя и занималась ласками с парнем) смогли изнасиловать. Другую формулировку она не воспринимала. Ее изнасиловали! Ей было противно, но в то же время было непонятно. Азалия стала вспоминать ласки ее парня, и секс со его старшим братом. Ей был приятны ласки, его рук и губ, его движения на ней. Неужели она не парень, или она гомосексуалист? Вопросы, вопросы, вопросы!
