Она не знала, что делать. С каждым шагом, который она делала, становилось яснее: этот мир, эта трасса, они не существуют по своим законам. Они как живая сущность, как сознание, которое использует её и других, чтобы поддерживать своё существование. И теперь она знала, что если она не вырвется, если не разорвет связь с этим местом, то станет частью этой трассы, как все остальные исчезнувшие.
Когда она пыталась сделать шаг, реальность начинала пульсировать, как живое существо, и перед её глазами вставал весь тот ужас, который она пережила, начиная с первого момента, как оказалась на этой дороге. Каждый момент, каждая встреча, всё было частью чего-то гораздо большего и гораздо более страшного, чем она могла себе представить.
Насколько долго она могла сопротивляться? Она не была уверена. Но вдруг, среди этой туманной тишины, она услышала шаги. Точно такие же шаги, которые она слышала, когда была с Даниилом. Это был звук, который, казалось, исходил от самого сердца этого места. Слышала ли она их раньше или это было начало нового кошмара — она не могла сказать.
— Анна… — прошептал знакомый голос.
Она обернулась и увидела его. Даниил. Но это был не тот Даниил, которого она знала. Это была его тень, его воспоминание, а может, просто след, который остался после того, как его вырвали из реальности.
— Ты… ты жив? — её голос сорвался. Но она понимала: это не тот человек, это был лишь отклик. Эхо его присутствия.
Он не ответил. Его тень медленно двигалась вперёд, как если бы она пыталась вернуть его в этот мир, но сама уже не могла.
— Ты должен идти, — сказал голос, который больше не был человеческим. Это был сам город, сама трасса, говорящая через его образ. — Ты не можешь остаться здесь. Ты не можешь просто пройти мимо и оставить всё, как есть.
Анна, борясь с внутренним страхом, сделала шаг вперёд.
— Я не могу уйти, — тихо прошептала она. — Это не может быть концом. Ты не можешь забрать меня так, как ты забрал Даниила.
Тень, если это вообще можно было назвать тенью, качнулась, как ветка на ветру. Тот самый голос, который говорил с ней, эхом разносился по этой пустой земле.
— Ты знаешь, что должна сделать. Ты должна разорвать связь, как мы уже пытались. Но ты не сможешь этого сделать, пока не поймешь, что на самом деле держит тебя здесь.
Анна почувствовала, как её ноги начинают дрожать. Она знала, что в этой тени, в этом мире нет спасения, если она не разорвёт этот замкнутый круг. Но как? Где найти выход, когда вся реальность ломается вокруг тебя? Когда даже простое дыхание ощущается как тяжёлое бремя?
Даниил исчез, оставив её одну в этом разрушенном мире. Но она не могла сдаться. С каждым шагом она приближалась к тому моменту, когда ей нужно будет сделать выбор, который решит, останется ли она в этом месте навсегда или сможет найти путь назад.
Она сделала первый шаг в том направлении, которое, как ей казалось, вела её тень, но куда-то, где её не ждали, где всё возможно.
Шаг за шагом Анна продвигалась вперёд, чувствуя, как её ноги поглощает пустота, как она пытается пробиться через этот слой тумана, что все ещё окружал её. Она шла туда, куда вела её тень, но каждый новый шаг становился всё труднее. Реальность вокруг неё изменялась, как будто сама земля под её ногами сжималась и становилась более зыбкой, неустойчивой. Она пыталась сосредоточиться, но мысли путались, и единственным ощущением, которое не отпускало её, было острое чувство надвигающейся беды.
Пейзаж менялся с каждым новым шагом. Сначала она увидела разрушенные здания, которые напоминали её родной город, но с какими-то искажениями — дома были слишком высокими, окна слишком тёмными, а улицы — пустыми и мрачными. Она замирала, всматриваясь в каждую деталь, пытаясь найти хоть какую-то подсказку, что ей делать дальше, что ей нужно понять, чтобы выбраться.
Звуки шагов сзади не прекращались. Она ускорила шаг, но странный гул — как если бы земля сама оживала, реагируя на её движение — становился всё сильнее. Это была не просто тревога. Это было чувство, что сама трасса охотится за ней, что её решение приближает её к неизбежному моменту.
Тень Даниила появилась снова, но на этот раз он не был просто мимолетным образом. Она увидела его более отчётливо, как если бы его существование стало частью этой местности, частью этого мира. Но его лицо было пустым, оно не выражало эмоций. В его глазах была тень, как в самых тёмных уголках её сознания. Он был здесь, но не был живым.
— Ты должна понять, Анна. Это не твоя трасса, это не твой путь, — сказал он, но его голос был тоном, от которого сердце каменеет. — Ты не можешь выбраться, если не разорвёшь то, что привязало тебя сюда.
Анна ощутила, как её грудь сдавливает какая-то невидимая сила. Её дыхание стало тяжелым, как если бы пространство вокруг неё само пыталось её удержать, как если бы оно знало, что она слишком близка к ответу. А ответ был страшным.
— Что я должна сделать? — прошептала она, чувствуя, как её голос исчезает в этом странном мире. — Я не могу оставаться здесь. Я не могу!