Хорошо было выбраться на пару дней, даже если все разговоры все равно сводились к Ист энду. Прошлой ночью до них дошел дурацкий. сумасшедший слух. Мол, по всей столице неформалы рисуют новый символ на всех крупных новых магистралях, какие построила в последние годы «АВТОТРАССЫ 4 ЮНАЙТЕД». Это было что то вроде дерева, и пока они говорили, Шэрон и ее друзья не могли не спрашивать себя, не станет ли этот символ как CND значок в 60 ых и 70 ых символизировать со временем их борьбу. Вечером они пошли прогуляться до паба, и – вот оно! – на новой эстакаде они увидели простую пиктограмму дерева: стрела, покоящаяся острием на пересечении линий заглавной буквы «Т».
Один из друзей Шэрон, высокий тощий неформал по имени Дейв провел пальцами по линиям, прослеживая руну. К немалому своему удивлению, он обнаружил, что краска еще не засохла. Они продолжали брести по главной улице и вскоре наткнулись на юного парня в дредках, выписывающего тот же символ на парапете другого моста. Увидев их, он сполз к ним по травянистому склону. Он бормотал, захлебываясь от возбуждения, о том, как он слышал, что это не просто символ, что тут творится какая то крутая магия. Он решил нарисовать этих символов как можно больше вдоль всего этого участка дроги. Оранжевые уличные фонари поблескивали на блестящей стали многочисленных гвоздиков и булавок у него на лице. Когда он предостерегающе понизил голос:
– Только смотрите, не наносите этот символ на себя. Даже рисунка в кармане держать нельзя. Он притягивает магию, собирает на себя черте какую силу. Вот что я слышал на трассах. Мне надо идти. Пока!
С этим словами он убрел прочь – с кистью в одной руке и ведром краски в другой.
Утром Шэрон решила двинуть назад на Восток, самой поглядеть, что там происходит. Все эти разговоры о магии звучали как то слишком уж по дурацки. С поезда она сошла на Хэкни Сентрел. Проходя мимо зала ожидания, она вспомнила, как они с Уиллом занимались здесь любовью каких то несколько кратких недель назад. Сама мысль об этом заставила ее намокнуть и обдала жаром. Трахнуться с Уиллом других возможностей ей не представилось: отчасти потому, что он завел роман с Триной, отчасти потому что Жонглер вел себя как настоящий собственник.
Не успела она еще выйти на Мэр стрик, как с тревогой увидела, что представитель полиции Ретрополиса плотоядно ухмыляется ей из под козырька наследственного шлема. Черт побери! Не вовремя же они появляются.
Он кивнул ей на дверной проем.
– Привет Шэрон. Можно с тобой поговорить?
* * *
Протиснувшись через небольшую прореху в ограждении периметра, Уилл слегка поежился на холодке, когда солнце зашло за облако. Утро было ясным и теплым, но теперь с реки начал как будто наползать туман. Оглянувшись по сторонам, Уилл понял, что находится на краю огромной и заброшенной ничейной земли. Он вовсе не был готов к этой сцене полной заброшенности. С ужасом оглядевшись по сторонам, он попытался представить себе, как будет выглядеть эта опустошенная земля, когда ее превратят в восьмиполосную магистраль и как люди, живущие на безжалостно рассеченных надвое улицах, будут справляться с шумом, грязью и выхлопными газами. Сомнительно, что даже во Вторую мировую эта часть Лондона могла пострадать больше, чем теперь.
Он думал, ему придется уворачиваться и прятаться, но вся стройка казалась заброшенной. И пробираясь по этой опустошенной земле, он сообразил, что дорожный агрегат и большинство строителей наверное сейчас дальше к востоку, у самой линии фронта. Уилл шел по следу гигантской землечерпалки. Волны тумана все накатывали с востока, неся с собой крепкий запах серы, от которого першило в горле. Барйди сказала, что сама придет к нему, но пока она не показывалась.
* * *
Туман достиг Уэлл стрит, и Жонглер открыл дверь ничем не примечательной машины, поспешно дожирая сэндвич с помидорами. Он воспользуется преимуществом внезапной плохой видимости, чтобы пробраться в самую гущу событий. Его контакт, детектив в штатском, которому он передавал информацию, сказал, что появилась новая эмблема, буквально за одну ночь возникла из ниоткуда, и что она символизирует борьбу неформалов с системой. Детектив также сказал, что ее рисуют повсюду и что она похожа на упрощенную пиктограмму дерева. Прежде чем выбраться из машины, Жонглер остановился и вынул из кармана тюбик косметической краски. Нарисовав символ у себя на лице, он заглянул в зеркальце заднего вида проверить, насколько хорошо смотрится его творение.
Пробегая быстро по трассе, он решил, что с таким символом сразу впишется в тусовку. С собой он прихватил и свои палки и пузырек с денатуратом. Он подожжет тряпки и устроит что то вроде крутого шоу в самой толпе. Тем самым он сможет поднять большой шум, когда его попытаются сдвинуть с места и заодно подлить масла в огонь, разжигая страсти вокруг.
