С другой стороны разрушенного Аббатства Влад Варгстром извлек из гитары еще один судорожный аккорд, и в тот же момент Билко крикнул, как от смертельной боли. Тиш, Дэб и вся кодла отпрянули в ужасе, когда он, внезапно скорчившись, рухнул рядом с ними на землю. Толпа моментально рассыпалась в стороны, пока одетый с иголочки оккультист содрогался в агонии. Билко почувствовал себя, как несчастный чувак из тысячи виденных им фильмов про оборотней. Он ощутил, как миллионы терзаемых пыткой духов забираются в его тело и пытаются перелопатить его мускулы, кости и внутренности в некую новую и дьявольскую форму. Внезапно его костяк отказался справляться с бесчисленными адскими легионами, пытавшимися заполонить саму его душу, и с воплем, впрочем, мгновенно заткнувшимся, Билко взорвался; его кровь и кишки, на микросекунду зависнув в воздухе, изобразили в красках вечную муку духов. Текучие формы агонизирующих фантомов, которых Билко по недомыслию вызвал в земное измерение, временно зафиксировались в туче его хрящей и мозгов, которая будто зависла между землей и небом над головами охваченной ужасом фестивальной тусовки. Потусторонние буркала шевелились, как кляксы, у них на глазах. Удаленные зрители дружно вопили «оооооо!!!» и «аааааа!!!», будто все это было всего лишь чем то типа дьявольского фейерверка или частью лазерного шоу «Псов Тора» или типа того. Потом, пока «Псы» давали говна как стая тормозных макак под винтом, орды духов из ада исчезли в полуночном небе, и задранные физии фестивальной публики оросила ровная морось Билкодождя.
Варгстром и Компания тоже разваливались на части, в буквальном смысле этого слова. Лохмотья кожи валились на сцену под ноги сатанинских скальдов, пока от них не остались только скелеты, все так же спастически лупящие в свои инструменты. Но внезапно как будто кто то пустил весь ебучий видеоклип в обратную сторону; комья жира, кожа и мускулы, казалось, полетели обратно на место. Как будто некие невидимые руки лепили пластилиновые модели на скелетных каркасах экс шведов, которые с уморительными ужимками прыгали по сцене подобно дурно анимированным куклам в каком нибудь воскресном мультсериале про Синдбада. Но в существах, возникавших на сцене, не было абсолютно ничего комичного. И они были мало похожи на нордических рокеров, чьи тела стали просто сырьем для чьего то злого дизайна. Пока продолжалась зловещая трансформация, тусовщики один за другим взлетали вверх из канавы, вырытой перед сценой; вопли ужаса умирали в их глотках, когда их тела размазывались по тушам отвратительных гибридных мутантов, как какая то глина для лепки. Уродливые рогатые монстры с чешуйчатыми крылами, со множеством сисек и мудей по всему телу, покрытые языками и щупальцами, пялящиеся на мир сквозь множество глаз, стояли теперь на сцене вместо «Псов Тора», которых в буквальном смысле больше не существовало, хотя какая то часть их плоти и послужила макетом, по которому были созданы эти страшные демоны.
Монстр, некогда бывший Варгстромом, подошел к микрофону.
Кое кто из сильнее всего набухавшихся членов публики радостно загоготал. Кое кто из ужравшихся кислотой придурков решил, что именно он, и лишь он один, увидел в галлюцинациях все ужасы истекших минут. Все прочие просто смотрели, разинувши рты от ужаса.
Загробный рев грянул из гаргантюанских фестивальных колонок:
– Говорят, что Дьявол сочинил все лучшие песни! – казалось, пророкотал злобный голос, – И знаете что? ЭТО ТАК!!!
После чего демонический зверь “барабанщик” в глубине сцены, дав лихой брейк, начал наяривать ударное вступление, звучавшее мучительно знакомо. И когда он начал играть, земля перед сценой с грохотом разошлась. Языки огня взвились высоко в небо, и воздух наполнился вонью горящего мяса, так как сотни несчасных тусовщиков рухнули в страшную яму. Но тут вдруг прямо из врат Гадеса показалась маленькая фигурка, окруженная чавкающим и визжащим сонмом зловеще выглядящих рептильных тварей, не подчиняющихся законам природы, которые вылетели, киша, из Ада и распространили свое зловещее присутствие по всей ныне проклятой публике, зверски терзая и распиная обсирающихся от ужаса готов. Люцифер поднимался, и Люцифер был мужчиной. Средних лет и с лысеющей головой. Казалось, его ничуть не тронуло бесовское пламя, и он запросто взобрался на сцену и схватил микрофон.
Люцифер дал воздуху кулаком по морде и крикнул: «Хэллоу, Уитби!», после чего запел первый куплет бессмертной «Кончу в твои волосы сегодня ночью».
– Ой! – только и сумела, поборов свой ужас, провопить Дэб, когда бывший барабанщик и сменный вокалист знаменитой группы «прогрессив рока» принялся исполнять свои фирменные па. – Это ж ОН!!!
После чего Земля под ее ногами прекратила существование и она стала падать, и падать, и падать.
И кричать, и кричать, и кричать.
Навсегда.
