Травля полностью

— Сара? — Голос звучал издалека.

Мои глаза все еще были закрыты, я вдыхала и выдыхала, когда гудение наполняло мои уши. О Боже, я никак не могла выдержать эту боль…

— Сара… Послушай меня…

Были какие-то шаги… Их было слишком много, на самом деле.

— Открой глаза… — Я чувствовала себя слишком слабой. Когда же прекратится эта пытка? — Открой глаза, черт возьми! — Слишком измученная, я с огромным трудом открыла глаза и встретилась взглядом с Хейденом. Он держал меня прямо напротив себя, и я заметила, что он трясется как сумасшедший. — Останься со мной, Сара!

— У нас тут двое раненых, — произнес незнакомый мужской голос, но мне было все равно. Все, что я могла видеть, — это опустошенного Хейдена сквозь мое угасающее зрение. Он плакал.

— К-как твоя рука? — Успела спросить я.

— Идиотка. — Он на мгновение закрыл глаза. Когда он открыл их, они горели тоской и обожанием, и, несмотря на замешательство и удивление, мне стало так тепло внутри. — Почему ты должна быть такой идиоткой? — Его голос полностью сломался, прозвучав хрипло и чуждо мне. — Зачем ты прыгнула под нож, чтобы спасти меня? Ты должна была убежать… — Я смотрела, как по его щекам текут слезы, завороженная. Внезапно я почувствовала, как меня обнимает еще одна пара рук.

— Мисс? Оставайтесь с нами! Здесь врачи скорой помощи…

Я уже погружалась во тьму, когда в последний раз посмотрела на Хейдена. Больше ничего не имело значения.

Я грустно улыбнулась. Я буду скучать по тебе. Я попыталась что-то сказать, но ничего не вышло из моего рта.

Мои глаза закрылись против моей воли.

И я, наконец, утонула в гостеприимной темноте.

Боль. отдаленные звуки. Полнейшее замешательство. Боль… Где я была? Все было белым. Ослепительная, бесконечная белизна… Все, что я чувствовала, была боль.

Я слышала какие-то отдаленные шорохи, но откуда они исходили?

— Хейден, иди домой.

Я слышала далекие голоса. Почему я ничего не видела?

— Она, вероятно, не проснется в ближайшие несколько часов, так что тебе уже пора идти домой и немного отдохнуть.

— Нет. Я никуда не пойду.

Хейден? Я огляделась, но все, что я увидела, была безграничная белизна. Она распространялась повсюду. Я была уверена, что это неправильно. Если бы Хейден действительно был здесь, надвигалась бы какая-то чернота…

О, эта боль никогда не пройдет…

Я открыла глаза на чужое зрелище. Все было размытым и таким светлым, что глазам стало больно. Я хотела избавиться от этого тумана, но моргание не помогало. Я чувствовала себя более чем слабой и раненой. Я пыталась держать глаза открытыми и сосредоточиться на своем окружении. Не было никакой странной белизны, только белые стены и больничная мебель. Больница? Я повернула голову, чтобы осмотреться, но было больно, поэтому я закрыла глаза, шипя.

— Сара? — Хейден? Я резко открыла глаза, вздрогнув, когда свет ударил по мне слишком сильно.

Почему повсюду был туман?

— Сара, ты проснулась, — услышала я его облегченный голос. — Я думал, что потерял тебя. — Незнакомое, нежное прикосновение к моей руке заставило меня задуматься, не сон ли это.

Все было как в тумане, и я чувствовала, что на самом деле меня здесь нет. Все болело. Я хотела открыть рот и что-то сказать, но не могла. Я не могла озвучить свои мысли.

Где я? Этот Хейден был настоящим? Почему он выглядел так, будто не спал несколько дней? Почему его рука была перевязана а лицо покрыто синяками?

Боль и печаль на его лице сменились нежностью.

— Я здесь. С тобой больше ничего плохого не случится.

Что же случилось? Ой, почему я ничего не помню?

Эта туманность была повсюду…

Прошли секунды или часы, пока я боролась за то, чтобы остаться в этом мире… В конце концов, что-то утащило меня прочь, прочь от этой чужой комнаты и этого странного Хейдена, который выглядел нежным и обеспокоенным.

Последнее, что я почувствовала, был онемевший поцелуй на моих губах… Но, с другой стороны, это могло быть только моим воображением…

Я проснулась с чувством, как будто меня разорвали на куски, а затем залатали. Все болело, и я не могла пошевелиться, не испытывая резких волн боли. Серьезно, что происходит?

Я моргнула несколько раз, чтобы привыкнуть к яркому утреннему свету в комнате, и замерла, когда увидела, что нахожусь на больничной койке. Медицинское оборудование, издававшее регулярные звуковые сигналы, стояло справа от меня, а ко мне была подключена капельница. Я застонала. Я ненавидела капельницы.

— Сара? Ты проснулась. — Моя мама встала с дивана слева от меня, выглядя измученной. Я была действительно удивлена, увидев ее здесь.

— Вроде того. Я чувствую себя ужасно. Что случилось?

Она сложила руки перед собой и выглядела трезвой, но была как всегда сдержанной. Если я надеялась, что она прикоснется ко мне или покажет мне какой-либо знак утешения, я ошибалась.