— Нет, Кэрол. Дело не в этом. У меня есть чувства к ней… она мне чертовски нравится. Она такая легкая, веселая… Я никогда не встречал ещё таких женщин. С нею любая беда — не беда. Когда хорошо, даже когда на самом деле плохо… Не знаю, как объяснить. Я к ней привык. Целых полтора года у меня никого не было, кроме неё, она была всей моей жизнью. Я привязался… всем сердцем привязался. Я тебя не помнил, ничего не помнил. В моём сердце, в голове была пустота… может, поэтому. Я всё вспомнил, но это ничего не изменило, я хочу, чтобы она и дальше была рядом. Почему нет? Даже если бы она не была беременна, я всё равно не захотел бы с ней расстаться. Ты любишь Джека, у вас всё хорошо, а я больше не хочу, как раньше… Устал я. Намучился. Хочу жить, нормально жить, как все живут. Семью хочу. Ты, Патрик, наши мальчишки — вы для меня такие же родные и любимые, как были, но я не могу больше быть один. Не хочу мешать твоему счастью, омрачать его своей любовью и страданиями, доставлять проблемы. Не хочу я возвращаться к прошлому, которое вспомнил. Хочу начать всё сначала. Новую жизнь. Ты же не обидишься на меня за это? Ну… что нашёл себе другую женщину…
— Рэй, я этому рада. Как ты можешь задавать мне такие вопросы? Я желаю тебе счастья, — Кэрол с чувством сжала его стройную крепкую кисть. — Твоя любовь всегда причиняла мне такую боль… мне было горько, что из-за меня ты так страдал, и если ты смог полюбить другую женщину, заведёшь семью и будешь счастливым — это сделает счастливой и меня! Неужели ты в этом сомневался?
— Да нет, — он невесело усмехнулся. — Конечно, ты будешь счастлива — а Джек ещё больше — что я, наконец, от тебя отстал!
— Ну не надо так, — Кэрол покачала головой, ласково смотря ему в лицо. — Знаешь, почему ты так и не смог забыть мою маму, а потом тебя так влекло ко мне? Это не любовь, Рэй, это наше проклятие. Оно сводило тебя с ума. Поэтому твоей вины ни в чём нет. Но оно ушло. Я теперь свободна. И ты тоже. Теперь всё наладится. Уже наладилось, разве нет?
— Ну, как вроде, — неуверенно ответил он.
— Джек готов не вспоминать о прошлом, если мы больше не дадим повода.
— Вот в это я вряд ли смогу поверить, Кэрол. И не понимаю, как поверила ты.
— Поверила. Не без труда, конечно. Он многое пережил, Рэй. Ты ещё не обо всём знаешь, я потом тебе расскажу, как-нибудь. Потому что ты должен всё знать. Неизвестно, что будет дальше с Патриком.
— Хорошо.
— Я не верила Джеку, когда он уверял, что к твоему исчезновению не имеет отношения. Но оказалось, что он говорил правду.
— Ох, малыш… опять летишь на огонёк, в котором почти сгорела заживо… Что угодно говори — не верю я ему. И никогда не поверю. В том, что любит тебя — да, не сомневаюсь, убедился. Но в остальном… это же Рэндэл, солнышко. Не забывай об этом, и будь осторожна, — он помолчал. — А что это за девочка, которую вы удочерили и назвали в честь Куртни?
— Я хотела тебе сказать… момента подходящего не было, — Кэрол широко улыбнулась. — Это Куртни. Наша Куртни. Помнишь, я говорила, что вытащила её из тумана?
Лицо Рэя вытянулось от удивления.
— Это…
— Да. Она.
— О, можно я на неё ещё раз взгляну! — он подскочил. — Она! Моя Куртни!
Они вышли из комнаты, не заметив отступившего в тень Джека, который слышал весь их разговор.
Долго Рэй держал на руках младенца, с улыбкой разглядывая, шмыгал носом и что-то ласково шептал. Кэрол сидела в кресле, наблюдая за ним и не вмешиваясь.
— Я тоже хочу заботиться о ней, — он поднял блестевшие от слёз глаза на Кэрол. Та кивнула.
— Конечно.
— Спасибо тебе за это, Кэрол, — прохрипел Рэй. — Что вернула её… Я буду её любить…
— Рэй, в ней душа Куртни, но это уже не Куртни. Эта девочка будет совсем другой.
— Я знаю. Ну и что? Всего лишь другое тело, но душа-то её. Я чувствую… чувствую, что это она, — он погладил малышку подушечкой пальца по крохотной пухлой щёчке. — Моя любимая… вот мы и снова вместе. Будь я помоложе, дождался бы, когда вырастешь, и женился бы на тебе опять. Но я всё равно буду рядом, всегда, милая моя, — он помолчал, а потом наклонился и зарылся лицом в пеленки. — Прости меня, родная… За всё прости! Каким я был дураком! Погубил тебя…
Он вздрогнул, когда пальцы Кэрол сжали его плечо.
— Мы все её погубили. Втроём. Я, Джек и ты. Но она снова с нами, и у нас есть шанс искупить перед ней свою вину.
— Патрик рассказал мне, что у меня целительная кровь. Я ведь мог её исцелить тогда, правда? Она могла бы жить до сих пор…
— Мы не знали. Ты не знал. Не надо больше убиваться, Рэй. Ничего исправить уже нельзя. Давай жить дальше. Она так хотела, чтобы мы были счастливы. Так давай будем, и разделим с ней своё счастье. Она к нам вернулась, и мы снова одна семья. И теперь мы будем заботиться о ней, как когда-то заботилась о нас она.
Свадьба была весёлой и пышной.
Кэрол не помнила, когда бы она так веселилась. И никогда ещё её счастье не было таким полным.
