Травля полностью

Агата могла раскрутить кого угодно. К тому же Пятый не очень-то и сопротивлялся. Кажется, она увезла его уже через полчаса. Несколько обыкновенных фраз, неловкие касания ногой. Два-три бокала вина, причем для него, а не для нее, и все дела. Будьте добры. Получите и распишитесь. Без пяти минут государственная измена…

Возвратившись домой под утро, Пятый встретил Арину в кухне. Жена встряхивала бутылочку — уже неделя как пропало молоко. Не знаю, поняла она или нет, говорила с ним или нет, да и какая разница? Теперь у нас на руках была запись кувыркания Пятого, и он, думаю, об этом догадывался.

Скорее всего, ничего не сказав жене, он прошел в библиотеку и, взяв в руки толковый словарь, отыскал слово «травля». Пятый прочел, что травля бывает ожесточенная и бешеная, методичная и медвежья. Прочел, что травля случается настоящая, газетная и беспощадная.

Сев на пол, Антон, наверное, попытался понять, какое прилагательное максимально соответствует его собственной травле. Массированная? Своеобразная? Умелая? Все эти слова, в той или иной степени, имели место быть. Травля Антона была и газетной, и ежедневной, и непрерывной. Травля была скрытой, бешеной и лихой. Травля эта была подлой и выразительно тихой. Пауза.

На следующий после первой измены день Пятый получил какую-то премию. Старики-либералы решили поддержать малыша. Формальным поводом была утопия про журналиста, отрывки которой они опубликовали в своем литературном журнале. Мы не только отправили на церемонию Агату, но и решили посетить ее сами. Я хорошо помню, что сидел в первом ряду, и Пятый, уже тогда постоянно запинаясь, зачитывал речь:

«Некоторое время назад меня известили о намерении отметить мои скромные, едва прорезавшиеся литературные способности. Не скрою, я был взволнован и рад. Пожалуй, мои эмоции можно было бы сравнить с переживаниями юного футболиста, которого переводят из дубля в основной состав.

Сутки напролет ты чеканишь слова, отвлекаясь лишь на изучение техники великих. Подобно Набокову, некогда защищавшему ворота Тринити-колледжа, ты продолжаешь упорные тренировки, и однажды тебя замечают. Несколько тренеров намекают, что при определенных обстоятельствах ты смог бы заиграть…

Сегодня я бы хотел выразить слова благодарности этим тренерам. Сказать спасибо журналу, который любезно согласился опубликовать отрывки моей утопии, сказать искренне, потому что в литературе, как и в футболе, как и в любом другом виде искусства, автору важно чувствовать уверенность в собственных силах.