По прошествии лет (а времени с той поры утекло очень много) некоторые мобы эволюционировали и научились обходить изначально заложенные в их конструкции алгоритмы. Но здесь, судя по всему, был не тот случай.
С другой стороны, инстинкт самосохранения тоже никто не отменял.
Магистру было неважно, почему именно гоблины отступили и решили сохранить племя. Его радовало, что остался хоть кто-то, кто может ответить на его вопросы.
— Этот псих сейчас здесь?
— Нет, он ушел.
— Он спускался ниже?
— Нет, — сказал гоблин. — Он приходит и уходит все время.
— Зачем? — Магистр нашел такое поведение странным для нормального искателя приключений. Какой смысл делать такие паузы в игровом процессе, если данж за это время все равно не обновляется? — Почему так?
— Мешки, — объяснил гоблин.
— Мешки?
— Большие мешки. Он приходит с мешками и складывает в них все. Тряпки, железки, стекляшки. Вообще все, даже мусор, — серьезное заявление, подумал Магистр. Кому может понадобиться то, что считают мусором даже неприхотливые гоблины? — Когда мешки наполняются, он уходит. Потом приходит с новыми мешками.
Магистр помотал головой и даже подумал о том, не стоит ли использовать очищающее организм заклинание, поскольку слова гоблина звучали странно и даже в какой-то степени абсурдно. Никто не носит лут в мешках, для этого у любого игрока есть инвентарь. Если инвентарь заполнен до предела, это влияет на показатели силы, выносливости и скорости, и помочь тут может только опустошение своего пространственного кармана. Никакими внешними способами, вроде мешков для лута, эта проблема не решается.
Если только это не какие-то особенные волшебные мешки.
Но особенные волшебные мешки стоят дорого. Так дорого, что на эти деньги куда проще обратиться к специалистам гильдии и расширить свой пространственный карман. И ни один игрок, способный выложить такие деньги, не позарится на лут из подземелья гоблинов.
По крайней мере, если он не страдает какими-то психическими отклонениями.
— Сколько циклов он уже успел сделать?
— Циклов? — не понял гоблин.
— Сколько раз он уже приходил и уходил? — переформулировал Магистр.
— Пять, может быть, шесть.
— С какими интервалами? То есть, сколько проходит времени между его «приходит-уходит»?
— Час-два, иногда больше. Ты пришел, чтобы его убить и спасти нас?
— Ну, что-то типа того, — сказал Магистр.
Час-два? С тяжелыми, набитыми лутом мешками по лесу далеко не уйдешь, значит, он складирует добро где-то не слишком далеко. Магистр похлопал гоблина по плечу и разрешил вернуться на его наблюдательный пункт. Гоблин отдал ему честь (и где только подсмотрел, стервец), ловко забрался по стене и растворился в тенях на потолке.
Магистр задумчиво глотнул бренди и развернулся в сторону выхода. Искать остальных гоблинов не имело смысла, он уже узнал все, что хотел. Даже разговор с верховным шаманом племени, скрывающимся где-то внизу, не даст ему больше информации.
Если судить, основываясь лишь на рассказе разведчика, на данж напал кто-то очень сильный, очень жадный и очень тупой, но Магистр предполагал, что в реальности все может оказаться несколько сложнее. Как бы там ни было, Магистр должен был посмотреть на это чудо собственными глазами.
Он совершил быструю прогулку в обратном направлении и покинул данж, снова оказавшись в опустевшей деревне гоблинов. Снова бродить по лесу ему не хотелось, тем более, что он не знал нужного направления и они могли попросту разминуться с агрессором, возвращающимся чистить данж, поэтому Магистр нашел себе удобный наблюдательный пункт недалеко от входа и надел Кольцо Всевластья, воспользовавшись самым простым и наименее затратным способом уйти в невидимость.
Магистр относился к жизни по-философски.
Если нужно было действовать, он действовал. Если нужно было ждать, он ждал. Если было неочевидно, какая стратегия может привести к требующемуся ему результату, он не делал ничего до достижения полной определенности.
Сейчас нужно было сидеть в засаде, и Магистр сидел.
Его терпение было вознаграждено уже через полчаса, когда появился псих-агрессор. Он легко перелез через забор, наскоро осмотрелся, и, не заметив никаких изменений в пейзаже, двинулся ко входу в подземелье.
Псих-агрессор был молод, на вид не старше двадцати пяти, высок, широкоплеч и, как подозревал Магистр, атлетически сложен. Сделать точный вывод о его телосложении мешала надетая на психе-агрессоре мешковатая военная форма. Это был типичный лесной камуфляж без каких-либо намеков на знаки различия, и еще он явно был на пару размеров больше, чем нужно.
Псих-агрессор был коротко стрижен, квадратный волевой подбородок зарос двух-трех дневной щетиной, кривой нос намекал на то, что его несколько раз ломали. В целом, выглядел псих-агрессор достаточно брутально.
И у него в руках действительно были пустые мешки. Как минимум, два.
Легким движением кисти Магистр извлек из инвентаря здоровенный револьвер. Пуля из этого револьвера была способна убить не только слона, она гарантированно валила с ног боевые имперские шагоходы.
Магистр поймал психа-агрессора в прицел.
