Ближе к концу недели у меня появляется странное ощущение пресыщенности сексом. Все чаще я задумываюсь над словами Машки о вибраторе. И постепенно начинаю приходить к выводу, что Машка - таки была права. Лешка как человек мне совершенно неинтересен. Мне все равно, чем он занимается в свободное время, какие книги читает, о чем мечтает и что любит. Меня не волнуют ни его планы на жизнь, ни жизненные принципы. По большому счету, он даже не нравится мне как мужчина. Я просто использую его член, руки и губы для удовольствия. Наверное, это очень безнравственно, но я стараюсь никогда не врать самой себе. Другим могу, а себе всегда говорю правду. Вот и получается - я хотела улетного секса, я его и получила. А сейчас начинаю понимать, что возможно секс, даже самый крышесносный, не самое главное в жизни. И, возможно, не все мои предыдущие четверо мужчин были такими уж козлами. Может это со мной что-то не так?
Гоню мысли о собственном несовершенстве прочь, занимаясь сексом с каким-то особым остервенением. Мое тело кричит от удовольствия, содрогаясь в экстазе раз за разом каждую ночь. Так чего же мне не хватает? Лешка выцеловывает, вылизывает меня всю с головы до ног с упоением, кажется, он вполне серьезно возвел меня в ранг богини. Так почему же мне тошно на душе?
Субботнее утро не предвещает ничего плохого. Я выставляю пятого еще вечером в пятницу, это дает мне хорошую возможность выспаться. Принимаю ванну с ароматной пеной, делаю эпиляцию и маску для лица. В общем, как сказал бы папа "чищу перышки".
В четыре дня звоню в дверь родительской квартиры. Мамуля распахивает дверь и окидывает меня оценивающим взглядом. О нет, только не это! Этот взгляд может означать только одно: мамуля привела очередного кандидата в женихи. Я пячусь было, но мамуля у меня стреляный воробей, хватает меня за руку и буквально втаскивает в квартиру.
- Доченька, дорогая! - громко приветствует меня и значительно тише добавляет: - у нас гости.
На минуту кажется, что их много, этих гостей. У мамули что, прием? А потом до меня доходит: во множественном числе мамуля именует только самых-самых избранных кандидатов. Кого же она откопала для меня на этот раз? Вроде у нашего президента нет сыновей?!
Изображать неведение выше моих сил, поэтому я шиплю, не хуже индийской кобры:
- Кто?!
- О, - мамуля закатывает глаза, демонстрируя полный восторг, - такой замечательный молодой человек! Ты мне еще спасибо скажешь.
А у нашего премьера случайно нет холостых сыновей детородного возраста? - мелькает шальная мысль, потому что я точно знаю, что оба британских принца женаты, а никто другой в голову не приходит.
- А можно я тебе сейчас спасибо скажу? - продолжаю шипеть я. - И пойду себе потихоньку с богом.
- Настя, ты с ума сошла? - она сильнее сжимает мою руку. - Что я гостям скажу?
- Что невеста в нужном чулане сидит, животом скорбная, - обреченно отвечаю я, понимая, что из материнского захвата смогу вырваться, только лишившись руки.
- Очень смешно, - отвечает мамуля. - Настя, спину ровнее. Улыбнись и проходи в гостиную.
Мне не остается ничего другого, как подчиниться дорогой мамочке. Подталкиваемая мамулей, я иду в гостиную и... резко останавливаюсь в дверях. В любимом папенькином кресле, удобно устроившись нога за ногу и почесывая старушку Мотю, сидит .... четвертый. И радостно мне улыбается.
Мамуля вталкивает меня в гостиную.
- Настенька, - радостно чирикает она, - познакомься, это Сергей Викторович.
- Можно просто Сергей, - четвертый поднимается с кресла.
- Да мне как-то неудобно, - отвечаю ему. - Все-таки разница в возрасте...
- Настя! - одергивает меня мамуля.
- Ничего, ничего, - заверяет ее четвертый, - мне всегда нравились остроумные девушки.
Он подходит ко мне и, продолжая улыбаться, целует руку.
- Будем пить чай! - радостно восклицает мамуля и отступает в сторону кухни, оставляя нас наедине.
- Неожиданно, - я забираю у четвертого свою ладонь.
- Отчего же? - интересуется он, указывая мне на диван.
- Ты что здесь делаешь? - на всякий случай, я сажусь в кресло.
Четвертый понимающе улыбается, опускает свой зад в папенькино кресло и отвечает:
- Знакомлюсь с далеко идущими намерениями.
Я даже не хочу интересоваться, что он имеет в виду.
- Прекрасная девушка, - продолжает четвертый, - из интеллигентной семьи, не замужем. Что еще может желать холостяк, решивший остепениться?
- Что бы девушка ему, как минимум, нравилась, - предполагаю я.
- О, с этим как раз проблем нет, - он продолжает улыбаться, а во мне растет желание сказать гадость. Или устроить скандал.
- Что бы ты нравился девушке, - улыбаюсь в ответ.
- До определенного времени я был в этом уверен. Иначе, зачем эта девушка встречалась со мной полтора года?
- Встречалась? - ехидно интересуюсь я.
- Встречалась, - кивает четвертый. - Театры, выставки, рестораны, всякие совместные мероприятия. И очень много жаркого секса.
