- Ага, всего и делов-то! - саркастически заметила Джен. Задача казалась ей не просто сложной, а невыполнимой.
- Для надежности стоит разрушить хотя бы часть опорных артефактов, которые наверняка выстроены вдоль границы для замыкания контура, - сказал Хавсан.
- А вам не кажется, что для начала надо найти эту таинственную третью кровь? - спросила Джен.
Ответом ей стали два непонимающих взгляда.
- Ээээ... - сказал Квентин. - Чего ее искать? Для уничтожения ключа хватит и нескольких капель. Надеюсь, ты пожертвуешь немного своей крови для спасения Фалихата?
- Моей? - пришла очередь Джен удивленно уставиться на колдунов.
- Да, милая, - ответил Хавсан. - Именно ты являешься носителем так называемой третьей крови. Я чистокровный темный, а в роду твоей мамы присутствовали исключительно светлые. Вартан считал, что ключ не должен использоваться магами друг против друга и изначально заложил неотменяемое условие его уничтожения. Кровь, несущая в себе в равных долях темную и светлую магии, как символ объединения. Но сейчас чистокровность большая редкость, поэтому и считается, что третьей крови не существует.
Джен не знала что сказать. Когда она обрела отца, это стало для нее большим потрясением. Счастливым, долгожданным потрясением. Но в один миг превратиться из обычной девушки в единственную надежду целого королевства - это уже слишком!
- Поэтому дед так желал моей смерти?
Хавсан нахмурился.
- Не знаю. Все может быть. Вполне вероятно, уже тогда он знал о ключе и хотел его воссоздать. И ты становилась прямой угрозой его планам.
Квентин коварно улыбнулся.
- Какое разочарование, оказывается, Д'Комель начал войну чтобы избавиться от Джен, - не удержался он от шпильки. - Признайся, Хавсан, было приятно думать, что война разгорелась из-за тебя?
Магистр бросил на Квентина уничижительный взгляд.
- Джен, тебе надо уехать в Фалихат, - вместо ответа сказал он. - Здесь оставаться опасно. Я отправлю тебя к своему другу, лэрду Виэлю.
На лице Квентина промелькнуло странное выражение, вроде бы он удивлен таким решением, но возразить ему нечего.
- Это необходимо? - Джен посмотрела на колдуна, словно слов отца было недостаточно.
Квентин утвердительно кивнул.
- Вопрос лишь в том как лучше переправить тебя в Фалихат, - сказал он. - Если светлые в самом деле готовятся к активации ключа, наверняка пристально контролируют границы. На их месте я бы обязательно заинтересовался почему колдун, о котором никто не слышал двадцать лет, вдруг решил вернуться на родину да еще в компании светлой девчонки-артефактницы.
- Я спрячу Джен и сразу же отправлюсь к королю, - ответил Хавсан.
- Д'Комель узнает о твоих перемещениях раньше, чем ты их совершишь, - отмахнулся Квентин. Он поднялся и зашагал по комнате. - Нет, надо уйти всем вместе. Я смогу прикрыть твою ауру. Моему перемещению пограничники не придадут такого значения и, возможно, не станут докладывать герцогу.
Хавсан по привычке хмурил брови, обдумывая план Квентина.
- А я? - спросила Джен.
- Ты моя рабыня. Нет ничего не обычного, что ты путешествуешь со мной, - как само собою разумеющееся объяснил колдун.
С тех пор, как она обрела отца, Джен частенько думала о том, считает ее Квентин все еще своей рабыней или нет. И, если честно, ей совсем не хотелось расставаться с этим незавидным статусом. Как бы далеко она не оказалась от колдуна, Джен останется связана с ним, и чтобы отпустить свою рабыню, Квентину придется еще хотя бы раз с нею увидеться.
- Ты не снимешь его? - Джен коснулась рабского браслета. Не хватало еще, чтобы Квентин догадался, как она боится расстаться со ставшим уже родным тоненьким ободком.
- Дочка, это твоя основная защита, - словно извиняясь, пояснил Хавсан, - поэтому мы решили пока его оставить. Потерпи еще немного. Как только все закончится, клянусь, мы сразу его снимем.
- Да, конечно, - Джен опустила голову, чтобы спрятать довольную улыбку.
- Тогда решено, завтра утром уходим, - подвел итог Квентин.
- Почему не сейчас? - сразу же ощетинился Хавсан.
- Надо отправить Фила к Сарту, закрыть дом и наложить заклинание отвода глаз. Не известно когда еще получится вернуться, не хочу чтобы Лизабету трогали.
- Пап, ее никак нельзя оставлять без защиты, - поддержала рабовладельца Джен.
- Как же, как же, помню, как ваша домовиха на меня кидалась, - пробурчал себе под нос Хавсан.
Джен с колдуном не сговариваясь с укором посмотрели на магистра. Он поднял руки, сдаваясь.
- Ладно, завтра так завтра. Джен, из дома не выходи!
- Как скажешь, дорогой папочка, - она присела на подлокотник кресла, в котором сидел Хавсан, обняла отца за плечи и поцеловала в колючую щеку. - Я пошла собираться?
- Радость моя, - тут же растаял магистр и поцеловал ее ладошку. - Джен, подожди, - окликнул он ее уже в дверях, вспомнив что-то. - Скажи, ты еще девушка?
Джен замерла и непонимающе посмотрела на отца.
- Что?
- Ты девственница?
- Хавса-ан, - предупреждающе начал Квентин.
