Харлан Эллисон
ТРЕБУЕТСЯ В ХИРУРГИИ
Человек по имени Алексей Андрей, спасшийся бегством из Польского Народного Протектората и нашедший убежище на Северо-Американском Континенте, изобрел эту штуку в конце 2087 года. Он открыл фактор кратного выбора, работая над проектированием робота, способного производить сложный ремонт точных механизмов. Он сумел применить этот фактор при конструировании целлулоидно-пластикового мозга опытной модели такого робота с поразительным результатом - получением механического доктора. Гораздо более сложный по сравнению с обычным роботом, но и много более простой по сравнению с человеком, он стал способен - после определенной настройки - выполнять большинство тонких операций. Более гого, "мехдок", как его вскоре окрестили, ставил безошибочные диагнозы, если дело касалось какой-либо органики.
Интеллект его оставался на уровне робота, но во всем, что касалось болезней гела, ему не было равных.
Андрей умер через несколько недель после демонстрации опытной модели на специальной закрытой сессии нижней палаты Конгресса от сердечной недостаточности. Но смертью своей помог широкому признанию мехдока гораздо больше, чем было в его силах при жизни.
Палата Конгресса назначила группу аналитиков из фирмы "Дейта", и проанализировала результаты их трехмесячных исследований с точки зрения текущих ассигнований на медицину, выделенных Министерству Здравоохранения.
Анализ подтвердил возможность эксплуатации мехдоков во всех общественных госпиталях на континенте при затратах, значительно меньших той суммы, которая расходовалась на зарплату врачей.
Кроме того, у людей было много потребностей.
Мехдок поглощал всего полторы пинты сжиженного радиола раз в три года, а также нуждался в периодической смазке для поддержания его в рабочем состоянии.
В итоге правительство издало закон Гиппократа под номером 2088, в частности гласящий:
"Впредь оказание медицинской помощи ограничивается госпиталями, субсидируемыми правительством; неотложные случаи, требующие оказания помощи на месте вне указанных институтов, обслуживаются исключительно, подчеркиваем, исключительно прошедшими регистрацию Механическими Докторами, поставку которых обеспечивают зарегистрированные ассоциации лечебных учреждений. Любые нарушения или отклонения от указанной процедуры будут считаться нарушением закона, и незаконное медицинское обслуживание, проводимое не Механическими Докторами, будет строго наказываться лишением лицензии и/или штрафом и тюремным заключением..."
Первым был лишен лицензии центр Джона Гопкинса. Затем Колумбийский центр медицины, а вскоре их примеру последовали и другие.
Несколько специализированных центров еще держались некоторое время, но после первых трех лет работы мехдоков стало слишком очевидно, что даже специалисты явно проигрывали докторам-роботам. Врачам, получившим лицензию до появления мехдоков, уменьшили зарплату с переводом на должности ассистентов.
Им были, однако, даны привилегии, которые свелись в конечном счете к бесплатной отправке писем, небольшому пособию, подписке на медицинские журналы (теперь заполненные по преимуществу информацией по электронике, более необходимой мехдокам, а не хирургам) и присвоению почетных титулов.
Потрясение и разочарование были всеобщими.
В 2091 году скончался Колбеншлаг, крупнейший специалист в области хирургии мозга. Он умер тихим октябрьским утром под ровное, еле слышное гудение купола, регулирующего климат, и отдаленный всхлип сфинктера, пропускающего 8-часовой лайнер Земля-Марс. И с ним ушло из жизни великое искусство его изящных умных рук. Он умер во сне. Газеты выпадали из щелей в дверях с жирными черными заголовками на желтых пластиковых страницах. Но они не относились к Колбеншлагу. Он был новостью вчерашней. Заголовки сообщали о полной автоматизации заводов группы Форда - Крайслера.
На странице 118 пятистрочный некролог характеризовал его как "неплохого хирурга до эпохи мехдоков". Также сообщалось, что он умер от хронического алкоголизма.
Это было не совсем так.
Его смерть была вызвана несколькими причинами. Алкоголизм и сердечная недостаточность.
Он умер в одиночестве, но его помнили. Те, кто, как и он, посвятил свою жизнь медицине. Те, кто не смог приспособиться. Небольшая группа людей, все еще появляющаяся в антисептических коридорах госпиталей.
Таких, как Стюарт Бергман, доктор медицины.
Это рассказ о нем.
Главная операционная Мемориала была сконструирована в соответствии со стандартом. Наблюдательный "пузырь" находился высоко на одной стене, круто изгибаясь вниз, с отдельной секцией, в которой размещались две наблюдательные стойки.
Операционный помост на телескопической основе, способной подниматься и опускаться для обеспечения большего удобства наблюдения из "пузыря", располагался в центре зала. На потолке не было ламп, столь привычных в госпиталях старого типа, так как мехдоки были оснащены собственными мощными системами освещения, смонтированными на лбу, служившими более надежно, чем любые внешние источники света.
