Я знаю, что Эон считает, что каждый мир заслуживает выбора того, что он хочет делать, и если они хотят заботиться о себе сами, им должно быть позволено это сделать. Но это мысли Эона. Если бы вас попросили выбрать, установить присутствие в мире, справиться со всеми проблемами, которые с этим связаны, ради того слабого шанса спасти их в будущем, вы бы это сделали?
Рун посмотрел на Эдну, как на инопланетянку. Черт, Эдна, я не думал, что это так-
Это просто суровая правда. Присутствие Эона это как дать сироте возможность выучиться на Вальторна. Большая часть оказывается посредственной. Но некоторые из нас здесь сегодня.
-человек- Если бы только-
У Эона нет семян клонов для всех миров. Даже с узловыми деревьями миров больше, чем мы можем сосчитать. Мы посетим больше миров с помощью сил Стеллы, и это вес нашего выбора. Если мы сильно чего-то чувствуем, мы должны поговорить с Эоном, потому что эти жизни исчезнут незаметно. Эдна объяснила.
Люмуф окинул всех взглядом и усмехнулся. С выбором 250-го уровня Эона, он будет атакован только большей информацией, большим количеством решений, большим количеством миров. Я надеюсь, что в конечном итоге нас здесь будет больше. Потому что эта обязанность тяжела, и мне понадобятся все вы, чтобы помочь разведать путь вперед. Я не имею в виду только Эзара и Кафу. Я имею в виду всех нас. Потому что нам всем нужно, чтобы мы действовали как стабилизирующая сила для Эона. Вместе Эон определенно будет слушать.
Стелла кивнула. Эта встреча не имела целью поставить вас двоих в затруднительное положение. Я в целом разделяю мысли Эдны и Люмуфа. Только вместе мы сможем уравновесить этот корабль. Потому что больше ничего нет.
Кафа похлопал себя по груди. - Я не знаю, готов ли я к этому, но я попробую.
Эзар кивнул.
Рун и Йоханн переглянулись. Вам троим действительно стоит рассказать нам больше обо всем этом дерьме, что творится у вас в головах. Вы не можете просто так внезапно вывалить это на нас.
Люмуф улыбнулся. Я извиняюсь. Но после того, как я слишком часто заходил в режим аватара Эон , я понял, что мне нельзя доверять, чтобы быть объективным. Мне нужны все вы.
Рун и Йоханн сглотнули. Ну, я тебе точно скажу, если ты облажался.
Пожалуйста, сделай это. Миры будут нахуй, если мы облажаемся. Сказал Лумуф, подражая их языку. Это бремя слишком тяжело для меня.
267.2 Интерлюдия – Ящеролюды 3
С тех пор, как они вернулись в Бранчхолд, Ветпорт Лапуле никогда не терялся из его памяти. Вождь Джаан мечтал об этом месте, и были времена, когда он мечтал о нем. Он мог видеть его маленькие проблески в Бранчхолде.
В мире Горного Мира было много других ящеролюдей, которые делали это по-старому. Джаан увидел это, когда увидел новые группы мигрантов. Он хотел попробовать, но его сердце не было уверено, поддержат ли его матроны. Он позвал матрон и спросил их мнения.
Он не проводил голосования. Он не был таким уж смелым. Он все еще не мог отказаться от своей роли вождя, а как вождь, его роль заключалась в принятии решений. Возможно, однажды, когда следующее поколение ящеролюдей будет сильными, могущественными ящерами, ему придется отказаться от своей роли и принимать решения голосованием.
Но сейчас он попросил высказать свое мнение.
И он послушал.
К его удивлению, именно старшая из матрон, самая старшая, нашла Ветпорт Лапуле образцом, достойным подражания. Она была больше всего очарована идеей великого города ящеролюдей. Нации ящеролюдей, которую боялись бы даже величайшие из людей или других рас.
Это было эго.
Гордость.
Она гордилась людоящерами.
Они хотели этого. Они хотели иметь гордость. Была поговорка, которую ящеролюди слышали слишком часто.
В бою один человек стоит многих ящеролюдей.
Конечно, это было правдой. Но это было также оскорблением, которое терзало их лично. Что каждый из них стоил меньше, чем человек. Но теперь они знают, что это был не единственный путь.
Никто в нашем мире не пытался идти по пути сильных ящеролюдей. Старшая матрона заявила. Если боги даруют нам видение того, как это было сделано, значит, на то была причина.
Джаан подумал, что это немного не по теме. Эон направил их туда не просто так. Образование. На самом деле, он даже чувствовал, что, возможно, это то, чего они хотели. Поэтому он бросил вызов матроне. Даже если бы он принял это в обычном состоянии. Что, если это то, чего Великое Древо хочет, чтобы мы сделали. Мы попадаем в его ловушку. Оно хочет, чтобы мы были похожи на ящериц из Ветпорта Лапуле.
Матрона кивнула. Но если мы сильны, кого волнует, чего хочет Великое Древо? Ты не забываешь, почему мы ушли из нашего старого дома? Потому что мы не смогли защитить себя от демонов или старых королей. Каждую войну мы отправляем наших детенышей на войну, откуда возвращаются лишь немногие из сотен. Зачем? Зачем? Какая мать сделает это со своим ребенком, если это не необходимость?
