Я поддерживал небольшую зону контроля вокруг моего дерева клонов, куда мои Валторны могли регулярно приходить для практики убийства демонов и повышения уровня.
Архангел уставился на них, а затем на Лумуфа. Затем снова на демонов. Он полетел и ярко засиял, и в его руках появились два горящих огненных трезубца. Его восемь крыльев замерцали и вспыхнули золотым пламенем. Если вы не против, у меня есть некоторые разочарования, с которыми нужно разобраться.
Лумуф пожал плечами. О, давай. Я убил более чем достаточно.
Восьмикрылый ангел устремился прямо в центр потока демонов.
Глупцы! Он закричал, бросая свой золотой пылающий трезубец в демонов. Он взорвался, испарив демонов. Он ринулся в массы демонов и истребил их, словно разъяренный архангел.
Люмуф просто пожал плечами и повернулся к двум другим ангелам. Раф обычно такой?
Двое ангелов были поражены и проигнорировали его вопрос. Мы никогда не видели, чтобы он выплескивал свою ярость за столетия!
Лумуф вздохнул. Эти два ангела были просто поклонниками, но через некоторое время, когда Раф предался пиршеству резни, один из них повернулся к Лумуфу. Обычно он более сдержан. Говорят, что огонь в нем погас, но, похоже, он вернулся, сейчас.
На голове у него был пылающий нимб, хотя раньше на ней было только золотое кольцо.
Раф отлично проводил время, сражаясь с демонами адского мира. Возможно, глупая системная махинация даже означала, что эти две фракции были естественными врагами, и появились чемпионы демонов, пытаясь сдержать Рафа.
Мои 125-149 уровни могли победить Рафа. У нас не было особых проблем с монстрами из адских миров в конце концов.
Он сражался два дня, и когда он вернулся, он был покрыт грязью и осадком. Пыль покрыла его восемь крыльев.
Мои извинения, Патриарх Лумуф. Это было то, в чем я остро нуждался. Сказал Раф. Говорят, что люди часто обретают ясность в напряженные моменты боя.
Люмуф кивнул, битва закончилась, и они отступили к дереву клонов, чтобы отдохнуть. Раф начал разговор.
Ваши люди считают выбор и жизнь основными принципами, которые направляют ваши решения. Мои считают закон и порядок единственным принципом. Ваши согласны позволить людям быть, пока они живы, верно?
Справедливо. Иногда мы вмешиваемся.
Но закон должен быть последовательным. Раф сказал. Я восхищаюсь вашим миром и вашей цивилизацией, за то, что они достигли того, чего они достигли, но более того, они напомнили мне о наших недостатках.
Как же так?
Раф подошел к двум ангелам, а затем заявил своим двум соотечественникам. Когда-то я считал, что наш мир демонстрирует недостатки чрезмерной упорядоченности. Но здесь, в этих других мирах, их нет. Если выбирать между порядком и хаосом, Порядок должен быть по умолчанию. Закон должен соблюдаться, насколько это возможно.
Двое ангелов слушали.
Когда мы вернемся, мы должны будем расшириться и присоединиться к этому крестовому походу против демонов и поднять смертных от их страданий. Мы принесем порядок в миры за пределами нашего.
Мой священник выслушал. Два ангела немедленно вмешались. Арбитр Раф, это решение-
Я не буду отвергнут. Наше общество слишком долго жило в этих башнях из слоновой кости. Мы, ангелы, созданные богами, давно ушедшими и покинутыми, были предназначены для ведения войны и достижения прогресса! Они могли забыть о нас, но теперь я понимаю, в чем наше предназначение как народа. Наши крылья и копья были предназначены для того, чтобы отправить нас через звезды! Вместо этого мы обращаем их против себя. Пришло время направить нашу одержимость Порядком наружу. Возвысить неверных, направить верующих, навязать структуру хаосу и поразить нечестивых.
Двое ангелов съЕжились, когда его страсть выплеснулась наружу.
Патриарх Лумуф, я должен поблагодарить вас за эту невероятную поездку. Было поучительно видеть страдания, которые беспрепятственно распространяются по мирам за пределами нашего. Замечательно, что в естественном состоянии без руководства со стороны лучших есть много гнили и неудач. Порядок должен распространяться!
Люмуф просто пожал плечами. Борьба смертных вот что приводит к уровням. Вы бы хотели осуществить это под нашим покровительством?
Раф покачал головой. Твой мир и твой народ вряд ли нуждаются в еще одном, но мой мир, мой любимый ангельский мир, больше, чем когда-либо, потребует моей перспективы. Мой вид проспал нашу цель, и когда я вернусь, будет революция.
Я не был уверен, почему я не был так взволнован, услышав это. Было такое чувство, будто я только что пробудил более ревностную, более. экстремальную версию нашей собственной экспансии. Возвышающие миры и порядок несут в себе колониальные флюиды, написанные повсюду.
