Дорого! Но России сейчас нужны были любые ресурсы за любые деньги. Санкции, эмбарго и откровенно враждебные действия запада должны были поставить крест на огромной стране, славящейся практически нескончаемыми запасами ценных полезных ископаемых. Привычная для нашей страны схема… Но эти же ресурсы могли и пригодились в других мирах. Пусть и с диким дисконтом, но иномиряне, в том числе сородичи Раджа, были готовы принимать их в качестве платы.
— Здесь распишись и здесь. Теперь здесь. И почему этим должен заниматься я? — возмущался Баранов.
— Потому что вы единственный человек, с кем я готов иметь дело. Мне просто удобно, что все происходит в одном месте, — пожал я плечами.
— В администрации президента предлагали…
— Знаю, супер профи и всё такое. Пусть с Агнихотри общаются. А мне нужен знакомый человек, которому я могу доверять.
— Ясно. Ну что ты тогда тянешь? Документы проверил юрист Агнихотри. Подписывай, бизнесмен. И вообще я тебя просил помочь поставки наладить, а не на беде собственной родины зарабатывать…
— К чему нудить, Александр Дмитриевич? Это не моя идея, а условия клана. Я выступаю гарантом со стороны нашего мира, а вы проследите, чтобы эти договоренности заверили на высшем уровне. Глядишь, за заслуги и генерала дадут.
— Дадут, догонят и еще раз дадут. Это куда вероятней…
— Я бы так не говорил. Смотря как себя в итоге этот проект покажет. Может статься, что разработка объекта под кодовым именем «Мажор» принесет больше пользы, чем старания всего министерства иностранных дел, — Баранов посмотрел на меня, как на ядовитую змею.
— Откуда? Про «мажора»?
— Слухами земля полнится, — развел я руками, закончив ставить подписи.
— У нас хорошая система безопасности…
Понимаю его переживания, но не мог не подколоть. Угадал, получается, кличка, что мне дали местные, очевидно, и правда проходила где-то по документам.
— Да не напрягайтесь вы так, Баранов. Просто объясните вашим сотрудникам, что существуют люди с очень чувствительным слухом.
На самом деле я себе льстил — инфу подслушала Гисс и передала мне в виде забавного факта. В принципе, тут даже обижаться не на что… Со стороны я и правда веду себя довольно нагло и самоуверенно. И если раньше это было защитной реакцией на внешних раздражителей, то сейчас, кажется, превращается в черту характера.
Пьянящее ощущение силы, струящейся по моим жилам, и чувство превосходства над серой массой тоже играли немалую роль. Приходилось то и дело себя одергивать, чтобы не наломать дров на ровном месте. Вот как сейчас — подавлял желание потрепать нервы полковнику.
Закончив с формальностями, я набрал Еву и сообщил примерное время прибытия курьера. Больше дел в ближайшие два дня не предвиделось, оставалось только ждать сигнала. Зашел к родителям — основательно пообщались. Мать показывала приглянувшиеся дома. Если честно, то они уже и переехать могли, но все тянут резину… Непонятно, то ли растягивали удовольствие, то ли страшились изменить сложившийся уклад.
Остаток времени до прибытия контрабандистского корабля я провел за медитациями. Это времяпрепровождение давно стало привычкой. Контроль и еще раз контроль — краеугольный камень моей силы. Талант есть, сила будет, а навык надо наращивать.
Пискнул сигнал сэлфдэска. Сообщение от кречета: «Вышли по вложенным координатам. Ожидаем». Для встречи нам отрядили поле за городом, участок оцепили во избежание инцидентов. Я же на своем «мерсе» отправился за Алисой. В дом заходить не стал, звякнул Еве по дороге. Ждал возле калитки.
— Здравствуй, Егор, — поздоровалась Алина Викторовна — мама Алисы и Евы.
Она вышла первой. Глаза красные, на лице выражение прострации. Осмотрев меня, она рассеянно сделала шаг в сторону. Данил Андреевич просто кивнул, всё, что можно, мы уже обсудили. Далее в обнимку показались сестры. За последние несколько месяцев Лиса сдала… На её изможденное лицо было тяжело смотреть.
— Привет, — услышал я слабый безжизненный голос, — она, может, и хотела смутиться, но сил на это, очевидно, не было.
Открыв пассажирскую дверь, я подал ей руку и помог сесть в кресло. Ева дернула меня за рукав пиджака и показала кулак. Невольно улыбнулся.
— Не бойся. Всё с ней будет хорошо, — обнадежил её.
Кулак разжался, и в руке оказалась золотая монетка, которую я два дня назад передал Алисе — еще одна попытка обойтись «меньшей» кровью. Эта штука стоила мне тысячу эргонов: оставался небольшой шанс, что Лиса окажется «адаптом», и тогда бы проблема решилась сама собой. Не прокатило: будь это так, сеть выдала бы мне задание на доставку «монеточки» в хаб. Ну и хрен с ним, позже продам — эти монеты, «заправленные» наносетью, были чем-то вроде твердой валюты. На обмене практически ничего не потеряю…
«Не выйдет. Монета активирована,» — ошеломила меня заявлением Гисс.
«Тогда… почему?» — я покосился на Алису.
