— Не вздумай! Она искажает твою логику. Ищет бреши. Использует наносеть внутри тебя, чтобы затуманить твой разум.
Отчуждение. Апатия.
— Почему я должен тебе верить? — выдавил я. — Ты меня предала, Гисс.
— Нет, Егор. Я не могу причинить тебе вред.
— Ты только что сама призналась…
— В чём, Егор? В том, что задача симбионта — следовать желаниям реципиента?
— По-твоему, я желаю покончить собой? — нервно сглотнул я.
— Ты жаждешь измениться, жаждешь могущества и готов поставить на кон свою жизнь! Я в чем-то не права? — ответила Гисс.
— Права…
— Ты же понимаешь, что в конце концов никакого Егора не останется? Нельзя стать сверхсуществом, способным зажигать звёзды, и оставаться человеком. Когда-нибудь, в отдаленном будущем, не станет ни Егора Смолова, ни Гисс. Мы сольемся в единую, полностью подготовленную к этому сущность…
— Она не врёт, Гисс! Я знаю, что ты лучше меня! Ты и правда сможешь им помочь. И не потом когда-нибудь, а уже сейчас! Если ты заменишь меня, никто даже не заметит…
И снова голос изнутри, призывающий к саморазрушению.
«Ты станешь лучшей версией себя. Отринь слабости. То, на что у тебя уйдут годы, симбионт сделает за часы», — убеждала меня Сеть, а инстинкт самосохранения молчал.
— Ошибаешься, Егор. Вместе с недостатками уйдут и твои плюсы. Не только ты учишься у меня — я учусь у тебя. Без тебя я неполноценна — неполноценным станет и новый, Егор! С чего ты взял, что ему будет дело до твоих товарищей? Он тут же забудет о них, о родителях. Отстранится от мира. Для него останется лишь один прямой путь к могуществу. Всё остальное станет помехой.
«Что в этом плохого?» — поддакивала Сеть. — «Они всё равно уйдут. Родители раньше, друзья чуть позже. Ты всё равно потеряешь их. Зачем тянуть с неизбежным? Чем дольше ты будешь сдерживать себя, тем больше шансов оступиться».
— Она хочет превратить тебя в инструмент — карманный демиург без собственной воли и желаний… — предупреждала Гисс.
«Ерунда, нет силы, что способна подчинить то сверхсущество, которым станешь! Твои желания станут законом. Ты станешь способен реализовать всё, что пожелаешь! А тебе в этом помогу…» — шептала Сеть.
— Не будет никаких…
— Заткнись! — крикнул я, хватаясь за голову, не знаю, кому из них, а скорее всего, всем сразу.
Два голоса каленым железом оставляли «печати» на моем сознании. Ощущение, будто я спорю сам с собой. Что было недалеко от истины. И я склонялся к забытью… Нет, правда! Зачем себя изводить? Дорога открыта! Какое мне дело до ставящих мне палки в колёса людей…
— Я принял решение, Гисс, — сказал я, выдохнув, и черноволосая красавица, стоявшая напротив меня, радостно мне улыбнулась, готовая выполнить любую мою просьбу.
Я даже усмехнулся про себя, осознавая, что произошло. Моя тень и мой преданный союзник, самый близкий друг, что может существовать. Она не могла действовать мне наперекор, а выступала в той роли, которую я на неё возложил. И теперь, когда все сомнения отпали, она снова была готова шагать со мной в унисон. В забытье так в забытье.
— Сделай это, Гисс, — говорю я, ощущая, как начинаю растворяться.
Спокойствие и блаженная тишина, кристальная ясность мысли становятся мне наградой, еще мгновение, и… Я чувствую, как на плечо мне легла рука. Даже сквозь комбез ощущаю исходящее от неё тепло и нежность.
— Не уходи, а? — раздался родной голос, который я так старательно желал забыть.
Сзади наваливается тяжесть, в спину мне упираются нечто мягкое… Всхлип. Обернувшись, я смотрю на Ириду. Она всё ещё во мне. Девушка, что ради меня пожертвовала собой. Уйти сейчас, сведя её усилия на нет? Что это будет, если не предательство? А ведь из моего сознания сейчас выметет всё то, что мне мешает моему перерождению. В том числе и её… Сердце до боли защемило, а процесс саморазрушения прекратился.
— Никогда… Я никогда тебя не брошу, — отвечаю, улыбнувшись.
Обняв девушку, кружил её, вслушивался в радостный, заливистый смех. А затем попросил Гисс погрузить в сон, прежде чем та снова начнет задавать себе вопросы, причиняя себе боль.
— Последний довод? — задал я вопрос, повернувшись обратно к симбионту.
— Ага, — хмыкнула красавица, лучезарно улыбаясь.
— Спасибо… — поблагодарил я неуверенно.
Снова теряя уверенность в том, насколько она самостоятельна. Но, помотав головой, откинул эти мысли в сторону. В отдалении от меня всё ещё стояла мерцающая «голографическая» проекция.
— Не получилось? — усмехнувшись, спросил я, понимая, что потерял пред ней какой было трепет.
— Увы, — кивнула она. — Удивительно, но ты третий из этого сектора миров, кто смог мне сопротивляться. Видимо, придется брать его под полный контроль и, словно ситом, вычленять подобных тебе.
Под контроль? А разве сейчас происходит не то же самое? Одна из причин, почему я ввязался во всё это — мою Землю уже разрывают на части. Уже пытаются взять под контроль!
«Пока что это были наши местные. Они тоже следуют мягкому плану ассимиляции. Но теперь к ним присоединятся еще и иномирцы», — подсказала мне Гисс.
— А как же твои «правила», демон? Ты не имеешь права вмешиваться…
