Мара сделала ещё один глубокий вдох, пытаясь собрать всю свою волю. Она осторожно направила огонь обратно на фитиль. Огонёк вернулся на своё место, и свеча снова светила ровно и спокойно, как в начале. Мара, чувствуя прилив уверенности, щёлкнула пальцами, и огонь погас, словно его и не было.
Тишина накрыла комнату на несколько секунд. Мара взглянула на профессора, ожидая его реакции.
— Превосходно, Мара, — сказал он, его голос был полон искреннего восхищения. — Ты очень хорошо чувствуешь огонь. Давай посмотрим, как ты справишься с другими стихиями.
Следующей Мара выбрала воду. Профессор велел ей заставить воду вытечь из бутылочки, а получившуюся лужицу — принимать разные формы. Когда Мара по его просьбе подняла пузырь воды в воздух и обратила его в лёд, Рэнсом зааплодировал.
На очереди был камень. Он лежал перед ней, тяжёлый и грубый, совсем не похожий на гибкую и податливую воду. Рэнсом объяснил, что её задача — разобрать камень на мельчайшие частицы, заставить их кружиться в воздухе, а затем собрать обратно в цельный камень. Это задание показалось ей более сложным, но она глубоко вдохнула и сосредоточилась.
Её пальцы едва заметно шевельнулись, и камень начал медленно распадаться. Сперва появились трещины, затем маленькие частицы стали подниматься в воздух, двигаясь медленно, словно листва, кружащаяся на ветру. Мара, ощущая каждую частичку, направляла их, заставляя кружиться в танце. Затем, по команде профессора, она вернула все частицы обратно, и перед ней снова лежал цельный камень.
Профессор довольно кивнул.
— Ты молодец. Теперь осталось последнее — воздух.
Мара чувствовала себя уверенно, пока не взяла в руки вертушку. Из всех стихий она ожидала, что воздух дастся ей легко, но оказалось, что это задание будет сложнее, чем она думала. Профессор предложил ей заставить потоки воздуха крутить вертушку сначала в одну сторону, а потом в другую, но это оказалось непросто. Сначала ничего не получилось — вертушка не двигалась с места.
Мара сжала губы, её ладони вспотели. В первый раз она почувствовала, что не контролирует ситуацию. Лишь с третьей попытки она смогла направить воздух правильно, и вертушка начала крутиться в нужную сторону.
— Не волнуйся, Мара, это вполне нормально, — успокоил её Рэнсом, увидев её разочарование. — Каждый волшебник владеет стихиями в разной мере. У всех есть та, которая поддаётся хуже, чем остальные.
Несмотря на это, профессор остался полностью доволен результатами.
— Что ж, ты управляешься с магией на уровне пятого курса! — воскликнул он с гордостью в голосе, в его глазах было явное одобрение.
— А сколько курсов всего? — Мара почувствовала лёгкое беспокойство. Ей всегда казалось, что за любой похвалой кроется подвох.
Профессор хохотнул, откинувшись на спинку стула.
— Всего десять. Твои сверстники в этом году пойдут на восьмой курс.
Мара поникла. Её сердце, которое ещё минуту назад радостно колотилось, словно сжалось. Она была позади. Настолько позади, что догнать своих ровесников казалось почти невозможным.
Но профессор не унывал. Он наклонился к ней, его глаза сияли энтузиазмом.
— У нас с тобой целых пять дней! — сказал он, его голос был полон уверенности. — Я убеждён, что ты справишься с программой восьмого курса, если будешь усердно тренироваться. Конечно, тебе придётся брать дополнительные уроки, чтобы догнать одноклассников, но тебе это под силу!
Мара не верила своим ушам. Радость и надежда вновь наполнили её грудь.
— Это значит… я буду учиться со своими ровесниками?
— Именно так, — кивнул Рэнсом, снова улыбнувшись.
Мара почувствовала, как волнение охватило её целиком. Её мечты наконец становились реальностью. Магия была в её руках, а путь в академию — открыт.
Профессор теперь повернулся к бабушке и, глядя на неё с лёгким укором, но с уважением, произнёс:
— Я останусь здесь до начала учебного года, чтобы подготовить Мару к восьмому курсу.
Бабушка Сейр молча смотрела на профессора. Её взгляд был тяжёлым и холодным, но она не могла возразить. Она знала, что если Мара — маг, удерживать её здесь было невозможно.
— Делайте, что хотите, — сухо произнесла бабушка, сжав губы в тонкую линию. Она отвернулась и сделала вид, что снова занялась плитой.
— Ну что, начнём тренировки? — профессор Рэнсом энергично хлопнул в ладоши.
Мара, всё ещё ошеломлённая всем, что произошло за последние часы, пребывала в лёгком оцепенении. Она кивнула, внутренне пытаясь собраться с мыслями.
— Скорее всего, будет непросто, но мы с тобой всё успеем, — обнадёжил её Рэнсом и двинулся к заднему двору.
Мара последовала за ним, чувствуя волнение. Вчерашний огонь, который они с бабушкой так долго тушили и который привёл к столь неожиданным последствиям, оставил на дворе чёрный след. Но они успели привести всё в порядок, пусть и с трудом. Теперь задний двор выглядел пустым и голым, лишённым зелени и жизни — только чёрная земля, напоминающая о событии, которое изменило её жизнь.
Профессор подошёл к самому центру двора и обернулся к Маре, сложив руки на груди. Его взгляд был серьёзным.