— Я Гортик, сын Базевала, рад что ты выжил воин, но твои слова требуют размышлений. Тебя проводят в свободные покои, отдыхай и восстанавливай силы под нашей защитой, мы разузнаем всё что возможно.
Отвесив лёгкий, короткий поклон мы звякнули доспехами и развернулись к вратам, за нами поспешила Серриса, шаркая ногами и волоча на плечах наш рюкзак. Топоча сапогами к одному из хрустальных жрецов, подбежал стражник и взяв протянутый ему ключ ломанулся за нами. Он-то, в числе нескольких прочих и проводил нас почти на самую вершину крепости. На четвёртый, предпоследний этаж.
Здесь обстановка была куда как богаче. Покрытые фресками и рунными рисунками стены, источающие лёгкое, не иссушающее воздух тепло, опирались на мраморный пол. А привычные уже осветительные кристаллы, висели на вычурных, посеребренных подставках.
Этот ярус был жилищем приближённых ярла.
Сопроводив нас до одного из поворотов, десятник передал нам ключ и сказал, что распорядиться насчёт еды и купели. Прежде чем отпустить этого молодого карла восвояси, мы спросили его нет ли в крепости кузни и получив положительный ответ, взяли с него обещание проводить нас туда после отдыха. На что он ответил, что не сможет сделать этого лично, но пришлёт к нам кого-нибудь позже.
Покои оказались более чем привлекательными. Несколько просторных комнат. Хрустящее постельное бельё. Здоровенные кровати и ковры на полах. Резная мебель. Никогда прежде мы не жили в такой обстановке.
Не успели разуться и стащить с себя грязные и промокшие детали экипировки как в дверь постучали и пара карловых женщин начала курсировать туда-сюда с вёдрами воды, заполняя купель, расположенную в комнате для омовений.
Глядя как эта выпуклая, медная чаша заполняется чистой водой, Серриса сняла свою ужасную маску приоткрыв красивое лицо и сказала:
— Знаешь Молчун, нам нужно сваливать подальше от этой крепости и чумы… но прежде, я проведу тут как минимум сутки.
Обняв её сзади и поцеловав в шею, мы ответили:
— Мы тоже.
Ярик Зубоскал наведался в подвал под вечер, не найдя целителя в перевязочной, где соратники и друзья хрустального жреца метались в бреду. Покрытые струпьями и язвами, перебинтованные словно мумии и обречённые на верную смерть.
Многие из них ещё неделю назад были крепкими и коренастыми воинами, а теперь их плоть стремительно высыхала, снедаемая болезнью. А женщины, не смущённые грязной работой, дружно отказывались туда заходить после того, как сразу две из них, заразились неведомой хворью.
Хрустальный жрец в сопровождении стражи спустился в подвал и оповестив о себе стуком вошёл на склад, где хранились травы. Ещё на подходе он уловил необычный, химический запах, но не удивился ему.
Аркин предупреждал, что в его отряде присутствует человек сведущий в алхимии.
С того момента как целитель получил ключ от склада, помещения преобразилось. Ходоки полностью разобрали один из стеллажей перенеся ящики в угол, пустив освобождённые доски на вытянутый и крепкий стол. Сейчас большая половина этого стола была заставлена глиняными склянками с печатью Въёрновой пади, а на остальной трудился алхимик.
Люпмен оказался плюгавым, маленьким мужичком, лишь немного превосходящий карликов ростом. Он бросил на вошедшего всего один взгляд и блеснув моноклем склонился над бурлящей чашей что-то периодически в ней помешивая.
— Где Аркин?
Алхимик пожал плечами и махнул рукой в глубину склада, откуда тут же вышла белокурая девица.
— Аркин унёс перевязочный материал раненным. Но может быть я… смогу вам помочь?
Девица была хороша, а уж в ком, а в девицах Ярик знал толк. В бордель на зубчатой улице ежемесячно заглядывали новенькие. Тёмные эльфийки и карлицы, а вот люди были редкими гостями. Эта была прекрасным экземпляром. Постоянные путешествия на свежем воздухи закалили её тело, сделав бёдра упругими, а уж какова была грудь…
— Господин, я спросила нужна ли вам моя помощь.
Ярик упустил тот миг, когда незнакомка пробежалась по струнам своей лютни. В этот момент у жреца пересохло в горле, и он вдруг понял, что пялиться на её грудь и пухлые губы куда как дольше положенного.
— Не… Нет… Хотя знаете что? — Зубоскал замялся, запутался в словах разрываясь между необъяснимым желанием выйти вон и приударить за незнакомкой. — Если вы составите мне компанию в поиске вашего друга, я буду вам очень признателен.
— Конечно. Разве я могу отказать владельцу такого молота. — Слова Алисы прозвучали нескрываемо пошло. Настолько, что Ярик не мог понять правда ли это происходит с ним. — Идёмте за мной, поищем его вместе.
Качнув бёдрами, она вышла за дверь и хрустальному жрецу не оставалось ничего другого кроме как заполошно оглянуться и выйти следом. Все его мысли про чуму в крепости и подозрения смыло невидимой рекой, которая оставила после себя лишь похоть.
Как только их шаги стихли, темнота в углу шевельнулась и выплюнула:
— Потаскуха.
Из-за стеллажей вышел Аркин:
