В тот вечер я почувствовала себя как дома в объятиях Макара, мне никуда не хотелось торопиться, я впервые хотела остаться в этот моменте. И я лежала на груди любимого, боясь шелохнуться, чтобы мой маленький уютный мир не развеялся с неосторожными движениями. Я понимала, что мне теперь нужен Макар, как воздух. Без него я не смогу. Он стал мне родным , я полюбила его всей душой. Не хотела даже отворачиваться от него, лежа рядом в кровати, не то что отдаляться далеко и надолго. Мне кажется, что я нашла свою половинку, свою частичку потерянной души, которой мне так не хватало. И сейчас я была готова раскрыться перед ним, поделиться своими мыслями. Макар гладил меня по обнаженному телу, в то время, как я вырисовывала круги на его груди. Приятное послевкусие оргазма еще никак не хотело отпускать мое изнеженное тело. Я посмотрела в бездонные синие глаза, что обещали так много, а дарили еще больше… И… Произнесла на выдохе:
-Я люблю тебя…
Сначала Макар словно не расслышал, прибывая в своих мыслях, но через секунду его губы растянулись в довольной улыбке и он притянул меня к себе, страстно впиваясь в мои губы, будто он путник, а я его долгожданный колодец.
-Я люблю тебя, люблю, люблю… - шептал мне любимый в эту ночь, заставляя окунаться в наслаждение снова и снова, всю ночь напролет…
МАКАР
Как я не люблю, когда оказываюсь прав в своих неприятных выводах.
-Да, Никифоров Сергей Иванович - это тот самый режиссер…
-Так и думал, - закусил губу, но скорее чтобы очнуться от страшного сна. Не помогло… Я знал, догадывался… Барских убил его, а потом решил отомстить и мне. Он до сих пор не принял смерть сестры… И его боль была мне понятна, но вот я здесь совершенно ни при чем…
-Так, Макар, убери это всепрощающее выражение. Быстро сотри его со своего лица, - Кирилл даже прикрыл глаза ладонью, потому что уже понимал, что я скажу.
-Я не хочу писать заявление на Барских…
-Макар… он убийца, понимаю, что ты очень добрый и хороший человек, тебе просто его жалко, но так нельзя…
-Он несчастен, понимаешь? Потерял близкого человека и слетел с катушек, - было больно за него, за его сестру, за себя…
-Ох… - только выдохнул адвокат, ставший мне другом. Мы сидели уже около часа и пили коньяк в его кабинете, обсуждая все произошедшее и делая выводы. Специально наша встреча была устроена после обеда , а все его работники, распущены по домам, чтобы нам никто не мешал.
-Да, знаю, но я такой и ничего не могу с собой поделать…
-Он бы тебя не пощадил, прибил при первой удобной возможности, а ты… - Кирилл смотрел на меня с жалостью и капелькой досады, я даже опустил голову и уставился в содержимое своего стакана, где медленно и залипательно таял лед, отдавая напитку свою прохладу.
-А я - это я… Пусть все останется так как есть. В итоге: фирма работает в своем режиме, я не в тюрьме, все хорошо…
-Ох, надеюсь, что ты не пожалеешь о своем решении, Макар.
-И я… надеюсь…
Ровно месяц мы расхлебывали все последствия мести Дмитрия Барских. Он наворотил таких дел, поломал мои каналы, договоренности и приказы… Я пропадал на работе, был постоянно на телефоне, занят в офисе и в разъездах по дочерним компаниям и филиалам. Также пришлось взять на себя заботы о финской семейной компание. Катюшка пока не возвратилась, лишь изредка, посылая мне небольшие послания, которые то приносили мне в офис разные люди, то приходили на почту с зашифрованных электронных ящиков. Она все еще боялась сбежавшего Дмитрия и того человека, что стоял за ним. Но уверяла меня в каждом своем письме, что все хорошо и волноваться не стоит.
Голова была так забита в последнее время, что мне даже некогда было переживать. Я любил сестру и доверял ей, надеялся, что она, наконец, обретет свое счастье и оправится от юношеской травмы и потери своего возлюбленного.
И все окружающее меня, затмевало мое возвращение домой. Не важно, как, когда и в какое время. Я бежал туда, летел и спешил. Теперь мой дом не был холостяцким логовом. Кругом лежали женские вещи, пусть то новая полочка для косметики в ванной, или веселые безделушки и декорации, появившиеся по всему дому благодаря моей любимой. Или наши совместные фотографии, закрывающие почти каждую стену в нашем любовном гнездышке. За месяц произошло много перемен… Но все они мне очень нравились, я был в восторге от нежных объятий Инессы и теплой, согретой ею постели. От вкусной и здоровой еды, которая источала приятные ароматы, когда я возвращался домой. От улыбки моей и только моей любимой, которая радостно встречала меня, даже если я заставал ее сонной в кровати, возвращаясь.
